Книга Бывшие. (Не)покорная истинная для адмирала, страница 51 – Екатерина Гераскина

Она замерла на мгновение, захлопала глазищами, а потом как лягнула меня. А ведь почти попала по самому сокровенному.

— Р-р-р.

Я завязал ей рот рукавом от ее же рубашки и сел сверху, прижимая руки с длинными когтями к покрывалу.

Не припомню, чтобы у людей был такой опасный маникюр!

Её взгляд метал молнии. Мой не хуже светился.

— А кляп тебе идёт, — усмехнулся я. Возбуждение туманило голову. Приоткрытые губы и ткань между ними включали фантазию по полной! — А жаль, что мы не играли с тобой в такие игры.

Она снова стала вырываться. Я перехватил её руки одной ладонью. От души облапал упругую грудь.

Подросла и даже в ладонь не помещается!

— Это материальная компенсация. — Склонился, оцарапал щетиной её нежные щеки, прикусил губу и оттянул ее, и она замычала в кляп.

Я рассмеялся.

А потомбыстро начал заматывать её в покрывало, прямо с головой.

И когда гусеница из толстого покрывала была готова, водрузил её себе на плечо. И так и вышел, не забыв как следует приложить по аппетитной попке, чтобы она не трепыхалась.

ТалиссаАх ты гад чешуйчатый!

Сволочь!

Мерзавец!

Подлец и предатель!

Только и оставалось, что мысленно перебирать все ругательства в сторону Торгарда. Он нёс меня вниз головой, не забыв как следует приложить пятернёй по попе.

А-а-а-а!

Что он вообще несёт? Какое имя я скрыла?

Я маг воды!

Он совсем что ли съехал с катушек?

Чокнулся в своём море! Море — это не романтика. Это риск и опасность на каждом шагу. Вот и спеклись мозги у дракона.

Пришёл, облапал, губы искусал, сделал кляп и теперь тащит в своё логово.

Почувствовала, как меня грубо сгрузили на кровать. И, дёрнув за конец покрывала, раскатали как блинчик. Я почти с кровати рухнула, если бы Торгард не дёрнул ткань вместе со мной к себе. Я лежала на огромной кровати, утопая в мягкой перине. Напротив меня стоял взъерошенный и распалённый Торгард.

— М-м-м-м-м!

«Только попробуй меня полапать ещё раз!» — я всем своим видом транслировала ему прямо в мозг угрозы, а на деле мычала в тряпку.

Но наглый дракон лишь наслаждался видом. Он даже в глаза мне не смотрел.

Потянулась к завязкам на затылке, но там был самый настоящий морской узел. Развязать не вышло! Еще бы, вязал сам адмирал!

А потом я проследила за взглядом Торгарда и окаменела. Пуговицы вверху оборвались, и теперь были застёгнуты только на пупке. Грудь вся нараспашку.

— М-м-м-м-м!

— Не прикрою, даже не проси, — самодовольно произнёс Торгард, сложив руки на груди и не стесняясь разглядывал меня.

Я сама рванула покрывало, чтобы прикрыться, но тот опередил, сдёрнул его с кровати. Я перекрестила руки на груди, но сделала только хуже. Грудь приподнялась, а дракон и вовсе завис.

Словно у него сухой паёк был на протяжении пяти лет. Но я в это никогда не поверю.

— М-м-м-м-м!

«У тебя жена есть, козёл чешуйчатый! А ты на меня тут пялишься. И кто из нас тут предатель и изменщик? Подлец!»

— Кажется, ты там что-то сильно завернула из ругательств. А знаешь, посиди-ка ты тут. Остынь!

Он снова подошёл ко мне и, не пойми откуда взял шнур и связал мне руки перед собой.

— Узел не развяжешь. Можешь не стараться.

— М-м-м-м-м!

«Сволочь! Убью!»

Вскоре и ноги были связаны.

— Полежи тут и подумай над своим поведением. А потом я приду и с удовольствием выслушаю тебя, — он показална меня пальцем. — Но если ответы мне не понравятся, то я потребую очередную компенсацию.