Книга Однажды в сказку. (Не) Злая королева, страница 42 – Виолетта Донская

– Вы уве… – начала я, поднимая на него взгляд, но тут же прикусила язык.

Глаза Эдварда светились тем же серебряным огнем, что я видела у волка и обезумевшей лошади.

«Однако…»

Больше часа мы молча пробирались через лес, и все это время я пыталась осознать произошедшее. Стражники, которые погибли у меня на глазах, возможно их семьи, близкие… Если бы не мое решение использовать приворотное зелье, они все еще были бы живы. Принять такую ответственность нелегко, и я думала о том, что почувствую после того, как стресс от пережитого схлынет. К тому же, предположение короля о том, что убить пытались кого–то из монарших особ, и моя жизнь, возможно, находится под угрозой, добавляло волнений и переживаний.

Когда лунный свет проникал сквозь густые кроны деревьев, я украдкой бросала взгляд на Эдварда, но он выглядел спокойным, я не могла уловить на его лице ни одной эмоции. Хотя, откуда мне знать, может у короля такое сплошь и рядом случается, и он к подобному привычен?

Когда в очередной раз на небе показался яркий диск и лесную тропинку озарила луна, я заметила, что губы Эдварда плотно сжаты, а на лбу выступила легкая испарина. Вдруг он замедлил шаг, покачнулся и чуть не сбил меня с ног, навалившись всем своим огромным телом.

– Что с вами? – взволнованно спросила, с трудом придерживая его за талию.

Почувствовав влагу на руке, поднесла ее к лицу и с ужасом увидела на ней следы крови.

– Вы что, ранены? – прошипела я в равной степени испуганно и сердито.

«И ведь даже слова не сказал!»

Король молча выпрямился и, посмотрев перед собой, спокойно произнес:

– Осталось немного. Идемте.

Вскоре он вывел нас на проселочную дорогу, у которой стояло большое деревянное здание. От окон разливался приятный теплый свет, а из печной трубы валил густой дым. Эдвард потрепал по макушке волка, и тот, лизнув ему руку, скрылся в лесных зарослях. Повернувшись, король накинул мне на голову капюшон накидки, опустил пониже капюшон своего плаща, после чего потянул меня к трактиру.

Стоило переступить порог, как в нос ударили сильный запах подгоревшего мяса, эля и пота. В просторном шумном помещении мужчины разной степени трезвостигромко смеялись, играли в карты и заигрывали с сидящими рядом девушками в пестрых платьях. Мы подошли к барной стойке, за которой стоял невысокий упитанный мужичок в перепачканном переднике.

– Нам бы с женой комнату на ночь, – обратился к нему Эдвард.

От его слов я удивленно выдохнула, округлив глаза, но, к счастью, из-за низко опущенного капюшона, хозяин трактира этого не увидел. Окинув нас оценивающим взглядом, он ухмыльнулся и произнес:

– Двадцать цалунгов. Вино подать? Или может эль?

– Вино и всё, что у вас есть из удобоваримой еды.

– Это будет стоить еще десять, – мужичок расплылся в широкой улыбке.

Эдвард достал из сумки одну серебряную монету и бросил её в протянутую пухлую ладошку.

– Остальное оставь себе.

Пробормотав какие-то благодарности, хозяин трактира проводил нас к лестнице, ведущей на второй этаж, где находились комнаты. Открыв одну из дверей, он отдал нам ключ и, пообещав как можно скорее принести вино и закуски, удалился.

– Почему вы попросили одну комнату? – спросила я, оглядывая скромное убранство вокруг.

Кроме большой кровати, маленького столика и какого–то подобия гардероба, здесь отсутствовала другая мебель.