Книга По праву крови, страница 31 – Алёна Вельт

- Лушка! – окликнула я домовиху.

- Хозяюшка!- обрадовалась она увидев меня. – Что же это такое хозяюшка? Кто такое мог сотворить такое? И я, я, - тут она снова зашлась в плаче, - не могу отсюда выйти!

- Не переживай! Сейчас все исправим! – засучив рукава, ответила я, прицениваясь с чего необходимо начать. Заклинание было сложным, многоуровневым, подпитываемое рунами. С них я и решила начать. Я пыталась их стереть, но ничего не выходило. Ни руками, ни магией. Пока в памяти не всплыло ведьминское заклятие «Чистого листа», применяемое в жилищах, где могли быть какие-то остаточные негативные эманации. Это было заклинание из того же раздела, которым я очищала коридоры, только более расширенное и углубленное, для больших помещений, да и сил оно требовало не мало, поэтому я им не пользовалась ранее. Прошептав нужные слова и направив силу в руки, я с начала широко их развела, а затем резко свела вместе. Хлопок получился оглушающим, сметя часть черной паутины. Руны осыпались со стен, вместе с удерживающим эффектом. Кин сорвался с моего плеча, и начал когтями рвать оставшиеся нити. Сокол, после того как стал моим фамильяром, превратился в магическое существо, которое обладало частью моих сил. И черную паутину заклятья он видел и даже мог ее разрушать. Вдвоем мы очень скоро управились и теперь я прижимала к себе, приходящую в себя Лушку.

- Хозяюшка, а как же они? – она показала на тела неудачливых домовых.

- Лушечка, прости, но я не могу их оживить, это не в моих силах,- грустно ответила я.

- Но, они еще живы, и их можно еще спасти, если влить в них ведьминскую силу! Они сами себя погрузили в сон, чтобы дождаться помощи, но отчего то помощь к ним не пришла, и сейчас искра их жизней едва мерцает,- пылко произнесла домовиха. А я подошла ближе и посмотрела на бледные, почти прозрачные лица существ. И далее не мешкая ни минуты, пустила силу через руки прижимая их к телу женщины. Она показалась мне в самом критическом состоянии, потому что конечности ее тела уже даже не просматривались. Чем больше я вливала сил, тем четче становились ее контуры и ярче цвета. Наконец ее грудь приподнялась во вдохе и женщина открыла глаза. Секунду она непонимающе смотрела на меня, а потом в нем отразился страх и она попыталась отпрянуть от меня. Но ееостановила Лушка.

- Не бойся, хозяюшка добрая! Она из лесных ведьм! Она разрушила ловушку удерживающую нас.

Взгляд домовихи переместился на стены, на которых уже не было черных нитей колдовства, а затем она увидела своих родных и в ужасе бросилась к ним.

- Ясенька, доченька! Дитро, сыночек! Браш! – она гладила по лицам, своих родных, но они не реагировали. Она умоляюще посмотрела на меня.

- Госпожа ведьма, прошу, спасите их, век вам служить будем! Что хотите отдам, мою жизнь возьмите, но спасите мою семью! – шептала со слезами на глазах она.

А меня и просить не надо было, я и так хотела предложить свою помощь, но как то растерялась.

- Ничего не надо, - лишь махнула я рукой и направилась к ее мужу. Видимо родители отдавали еще часть своих сил, чтобы защитить детей. Поэтому их состояние было намного хуже. Сила привычно потекла по моим рукам, восстанавливая Браша. Когда он открыл глаза на шею к нему бросилась жена. А я перешла к детям. Под конец, меня слегка покачивало от усталости, а Лушка с гордостью в голосе твердила.