Онлайн книга «По праву крови»
|
Семья Будруна в полном составе сидела за накрытым к ужину столом. Увидев меня, вбежавшую в их избу с мальцом на руках , они повскакивали со своих мест. Со всех сторон на меня посыпались вопросы и возгласы удивления. Мальчика забрали и уложили на лавке, а заботливая жена старосты уже поила Малея сладким травяным чаем, правильно полагая, что более тяжелую пищу ему сейчас нельзя. Кто-то убежал за родителями мальчика. И уже через несколько минут по деревне раздался крик матери мальчика: - Малей, сыночек! – женщина неслась необутая и растрепанная к дому старосты, за ней спешил ее муж. От момента воссоединения семьи даже у самых суровых мужчин, на глазах блестели слезы. Мать обнимала и целовала Малея не сдерживая слезы и всхлипывая от радости. «Жив, жив, солнышко моё!» - повторяла она. Когда первые эмоции улеглись на меня уставились десятки пар вопрошающих глаз. В избу уже набились соседи, что оказались невольными свидетелями криков и беготни. И я начала свой рассказ, решив, что лучше всего это слегка скорректированная правда. -Сегодня вечером, когда я вернулась к Шейне, - бабушкой ее теперь называть у меня язык не поворачивался, - она как обычно стала меня потчевать. Чай мне показался странным и из неизвестных трав, мы проходим травоведение в академии, - тут же пояснила я. – такое пить я не собиралась, и чтобы не обижать старушку, я попросила у нее меду, и пока она за ним ходила бросила очищающим заклинанием в чашку. Так оно стало абсолютно безвредным. Но Шейла то этого не знала,и потому как только я выпила чай, она начала произносить ведьминское заклинание, видимо уверенная в том что теперь я абсолютно беспомощна. Договорить я ей не дала, испугавшись за свою жизнь и бросила в нее обездвиживающие заклинание, которое мы маги-целители используем во время операций, и еще для подстраховки такое же на ее голосовые связки. Ведь всем известно, что ведьмы проклинают словами. Да видимо со страху вложила столько сил в магический конструкт, что боюсь она онемела навсегда. А дальше я бросила сканирующее заклинание на наличие живых существ в доме. Опасаясь вдруг у бабки есть сообщник, ведь не понятно, что она со мной собиралась сделать? И в подполье я уловила едва слышное биение человеческого сердца. Я бросилась туда, и нашла там умирающего Малея. Я тут же бросилась лечить его, а затем бросилась к старосте. Люди стояли молчавшие и нахмурившиеся, не веря в происходящее. Ведь я сейчас обвиняла их милую бабушку Шейлу в черном колдовстве. Тогда староста повернулся к мальчику и мягким голосом спросил: - Малей ты можешь сейчас говорить? – на что мальчик утвердительно качнул головой, все еще прижимаясь к отцу и матери. - Ты можешь нам поведать, что с тобой случилось? – не отступал Будрун. Мальчик вопросительно посмотрел на родителей, а те кивнули подбадривая его, и он робко начал. - В тот день мы играли с ребятами на другом конце деревни. Когда стало темнеть, я отправился домой. Проходя мимо дома бабушки Шейны, я услышал как она окликнула меня. Она позвала меня к себе в дом и угостила сладким пирожком с ягодами. А дальше я не знаю что произошло. Когда я пришел в себя, я был связан и лежал на каком-то столе в подполье. Вокруг горели черные свечи, а бабушка Шейна что-то говорила, на непонятном мне языке и рисовала какие-то закорючки на моем теле, после этого мне очень хотелось спать, и от усталости я даже глаза не мог открыть. Потом я проснулся в клетке, у меня все внутри болело, но слабость была такая сильная, что я даже на помощь позвать не мог. Бабушка Шейна иногда спускалась ко мне и приносила еду, а потом опять уходила. Мне было больно, страшно, очень - очень страшно! – он уткнулся в грудь матери. - Мама я так звал тебя, но ко мне никто не приходил. А потом, когда я проснулся в следующий раз, я увидел ее, - он указал на меня пальцем, - от еерук шло такое зеленое сияние, и от него становилось так хорошо и легко и боль сразу отступила. |