Книга Экзамен на выживание. Упс! Так получилось!, страница 21 – Натали Мед

- Только если вас устроит горстка радиоактивных атомов золота.

- Ну вот значит и займёшься реактором, - резюмировал декан. – Похоже мы тут уже выбрали тему дипломной работы. Не смею более задерживать. Там, снаружи, уже заждались. Добро пожаловать, успехов и всё такое… И ещё… В лаборатории поосторожней!

- Спасибо, - я машинально кивнула и вышла из кабинета, совершенно забыв про Маркиза. Меня больше всего интересовало: декан действительно в курсе деталей ядерного синтеза?

В приёмной нас ждали: Эрика, меланхолично сортирующая ранункулусы в вазе по цвету, задница енота, торчащая из-под дивана, и магистр Лимончелло нетерпеливо переминающийся у двери. Завидев меня он просиял:

- Ага! Закончили? Так, давайте, быстренько-быстренько… Что это старина Кастелло так долго возился? У меня там эксперимент на паузе… и как назло ни одного аспиранта не получилось поймать! – он выскочил из дверей и стремительной походкой направился по коридору, предоставив нам право или, спотыкаясь, мчаться за ним, или ночевать в прёмной деканата, рискуя снова нарваться на декана.

Мы с Эрикой переглянулись и моментально выскочили вслед за магистром. Каким-то чудом я вспомнила про Маркиза, в последний момент уцепив его за шкирку. Енот выскочил сам, как-то умудрившись оказаться впереди всех. Вот проныра!

- Мы куда? – шёпотом поинтересовалась у Эрики. – План-то какой?

- Нужно получить форму, бельё, подъёмные, учебники, зарегистрироваться и получить комнату, - так же тихо проинформировала она.

- А можно я тут где-нибудь в тихом уголке сдохну? – жалобно поинтересовалась я. – Жрать и спать хочу – просто сюрреалистически. Когда меня сюда вытащило, у нас уже был поздний вечер. А с тех пор, навскидку, прошло уже часов шесть как минимум!

- Ничего, - подбодрила меня Эрика, - магистр, похоже, сам торопится, так что не думаю, что мы задержимся. Ещё чуть-чуть!

Чуть-чуть не получилось. Сначала мы застряли у местного алхимического завхоза, коим оказался суровый гномище поперёк себя шире, с мощными ручищами и на удивление яркими глазами, золотистыми бусинами сверкавшими откуда-то из зарослей обильной лицевой растительности. Одарив нас взглядом, каким обычно одаривают нечто прилипшее к подошве сапога, он, бурча что-то маловразумительное о бездельниках, дармоедах и безответственных вандалах, отправился в подсобку, предоставив нам любоваться шикарной узорчатой секирой, притороченной сзади к его поясу, и размышлять, где он тут прячет вандалов и дармоедов… Нам по пути не повстречалось ни единой живой души!

Вывалив перед каждой из нас по куче барахла, состоявшей из некоторого количества письменных принадлежностей, сменной одежды, обуви, постельного белья и парочки отбёскивающих маллическимцветом хламид, он напоследок достал откуда-то из-под стойки побрякивающий мешочек и с тяжёлым вздохом отсчитал каждой по три толстеньких золотистых кругляка.

- Это ваши подъёмные, - с раздражением буркнул он. – Три золотых на нос. Стипендия в конце месяца. Постарайтесь не прокутить всё на всякую чепуху! – он достал внушительный журнал и положил его на стойку. – Так, расписываемся каждая в получении. Всё по списку! Проверяем и ставим галочку!

- Эээ… А как мы всё это понесём? – я скосила глаз на Лимончелло, стоявшего, прислонившись к дверному косяку, и явно получавшего бездну удовольствия от созерцаемой картины.