Книга Любимая слабость генерала, страница 16 – Сусанна Ткаченко

Крыс капитана забрался к нему на плечо и с ненавистью сверлил меня красными бусинами глаз. Молчал, но я и без слов знал, что он обо мне думает: давай-давай возьми ответственность на себя вместо моего хитрого потомка.

— Я думаю, что надовыкинуть маркизу вместе с ее охраной в море и идти по запланированному маршруту, — лениво выдал я и посмотрел на капитана насмешливо.

Не выйдет, дружочек, свалить на меня неудачу, если она вдруг случится.

Капитан закряхтел.

— Вы все шутите, генерал. А я, между прочим, серьезно.

— Уважаемый Карл, — похлопал я его по тому самому плечу, на котором сидел дух. Крыс соскользнул, но по хвосту я все же разок попал. — В морском деле я не понимаю ровным счетом ничего. Решайте сами. Я положусь на вас.

Про себя же сделал пометку: подготовиться и к кораблекрушению, и к бою. На всякий случай.

Когда капитан ушел, я бесцельно слонялся по каюте, глядя на часы — выжидал время, когда можно зайти к Олесе. Вот еще одно давно забытое состояние. Не припоминал, когда в последний раз чего-то так ждал и мялся.

И вот наконец когда стрелки передвинулись на нужную позицию — и не слишком рано, и будет время поговорить, — я постучался в каюту номер пятнадцать. Дверь распахнулась, и я на миг забыл, о чем хотел расспросить целительницу.

Олеся переоделась в бледно-зеленое кокетливое платье и собрала густые каштановые локоны в высокую прическу. И, кажется, что-то сделала с глазами и губами — они казались выразительней и не отпускали взгляд. Юная целительница и в дорожном костюме была хороша, а сейчас так и вовсе вызывала острое желание развернуть корабль и, вернувшись в порт, спрятать ее от опасных приключений. Просто потому что такая трепетная красота не должна рисковать собой.

— Что-то случилось? Вам плохо, генерал? Нужно лекарство? — встревожилась она и потянула меня в свою каюту.

Ее попугай яростно забил крыльями, привлекая внимание подопечной, но ценных советов вслух не давал. Вот еще тоже огромный плюс к ее чуткости. Наверняка это она попросила духа при мне помалкивать.

— Нет, Олеся, со мной все в порядке. Я хотел с вами поговорить, — с огромным усилием получилось сказать строго, а не мягко и ласково, как хотелось.

— А ведь и я хотела! Но отвлеклась! — заявила Олеся и собралась куда-то бежать, но я поймал ее за руку и поднял ладонь в останавливающем жесте.

— Сначала я! — отрезал, а то опять с мыслисобьёт. Эта может. — Внимательно слушаю все про ваш договор с герцогом Горским, Олеся. Вы должны были сами и сразу мне о нем рассказать.

Целительницы сникла. Потупилась, слегка покраснела, а потом решительно подняла на меня взгляд.

— Расскажу. Но и вы мне расскажете, что забрали из склепа королевы ведьм. Это важно!

Откуда она знает про камень?! Так. Стоп. Вот так разговоры и уходят в другую сторону.

— Договорились. Так что это за история со свадьбой?

— Присядьте, генерал, — гостеприимно махнула рукой в сторону стула Олеся.

Я сел, а она осталась стоять, словно ученица у доски. Помяла руки, покосилась на попугая и в конце концов поведала мне историю о том, как пыталась получить лицензию и попала в ловушку Горского, а потом, пытаясь из нее выбраться, еще и разболтала про наш поход. В итоге подписала договор, по которому министр отказывается от всех притязаний на нее, возвращает имущество и выплачивает щедрую компенсацию в обмен на десять рецептов из книги Жизни. Но если вдруг никакой книги и рецептов она ему не предоставит, то все — придётся забыть о целительской практике, выйти замуж и родить как минимум троих детей.