Книга Любимая землянка адмирала, страница 57 – Юлия Стрельцова

— Я смогу.

Я знаю, что делать. Ответ пришел в мою голову сам, вспыхнул ярким огнем и не погаснет, пока я не попытаюсь.

Я знаю, что кровь вилларов — моя кровь — способна сшивать разорванные ткани, вытягивать из предсмертного состояния, соединять фрагменты ДНК так, чтобы тело продолжало функционировать. Мы использовали это в бою, чтобы не терять воинов. Мы спасали своих.

Но Астра — не виллария. Она другой расы. Куда более слабой.

— Адмирал, вы не можете, — Тарвин смотрит на меня напряжённо. — Вы понимаете, что делаете? Делится кровью с другими расами в каких бы то ни было целях запрещено! — он едва ли не тянется к волосам на своей голове, чтобы вырвать их с корнями от негодования.

И это не потому, что он лично против этой процедуры. О нет. У доктора другие страхи.

Я не отвечаю. Просто закатываю рукав, обнажая предплечье.

— Это изменит землянку, — продолжает он, его голос напитывается паникой. — Если она вообще выживет, то мы не знаем,кем она станет. Какие мутации вызовет кровь вилларов. А когда на Тэрре узнают…

— Мне плевать, — холодно отрезаю я.

— Это нарушение закона, — слабеющим голосом продолжает говорить он. — Вы адмирал, и должны знать, что вас ждет…

— Меня больше не волнуют законы, — бросаю я. — А теперь я приказываю, чтобы ты начал переливание крови. И поверь, мой гнев прямо сейчас нанесет тебе куда больше вреда, чем военный суд Тэрры.

Тарвин бледнеет, и пару раз моргнув все-таки начинает искать нужное для переливания оборудование. Найдя, сразу же соединяет меня и землянку трубками и приборами.

— Ты будешь жить, — тихо говорю я, проводя по щеке Астры пальцем.

— У меня не будет иного выбора, — отчитывается он. — Я обязан буду сообщить.

Обязан. Это так. И препятствовать ему я не стану.

Даже без его доноса, которые он обязан сделать по уставу, сам Блэк Абисс устроен так, что бортовой искусственный интеллект в режиме реального времени передаст на Тэрру данные об операциях. Как передает любые данные о травмах, потерях и других явлениях, которые влияют не жизнедеятельность вилларов.

— Сообщай, — мрачно смотрю на него. — Только сначала сделай то, что от тебя требуется.

Я стою рядом c Астрой не двигаясь, и наблюдаю, как Тарвин готовит всё необходимое для переливания. Он движется быстро, но аккуратно, его пальцы ни разу не дрогнули, ни разу не замедлились. Я вижу, как он прикусывает губу — редкое проявление эмоций, которое выдаёт несвойственную ему нервозность.

— Вы понимаете, что это безрассудство? — негромко спрашивает он, не отрывая взгляда приборов, которые сканируют мои жизненные показатели и отсутствие признаков жизни землянки.

Если из-за его медлительности мы не успеем, я его убью, а тело брошу птицам.

— Делайте свою работу, доктор, — отвечаю я, про себя представляя картину расправы.

Он тяжело вздыхает и больше ничего не говорит.

Я смотрю на Астру. Она лежит передо мной, холодная, неподвижная. Кожа уже успела приобрести нездоровую бледность, а губы, которые я совсем недавно уничтожал своими жадными поцелуями, медленно покрываются синевой.

Это не должно быть концом ее жизни. И не будет. Я не позволю!

Тарвин подкатывает к нам аппаратуру, бережно подключает к ней тонкие трубки.

— Переливание крови виллара в организм человека… — он качает головой. — Мы никогда не делали этого на живых субъектах, не говоря уже о мёртвых. Это может…