Книга Дьявол предпочитает правду, страница 198 – К.О.В.Ш.

На днях Алексей Геннадьевич вызвал ее к себе и выдал неприлично объемный конверт с премией за помощь Даниилу Александровичу. Полине было приятно, что зам сдержал свое обещание и сказал большому боссу о том, что она ему помогала, да и кругленькая сумма была к месту – можно было не спешить с поисками новой работы или даже махнуть в отпуск. Алексей Геннадьевич уговаривал Полину остаться, сулил повышение, а она смотрела на него и думала, что ни за что не останется в компании.

И дело было вовсе не в сослуживцах, которые, к ее удивлению, закатили целую вечеринку-сюрприз вчера после работы, проводив ее теплыми словами и пожеланиями. Ее убивало то, что единственный человек, которого она страстно желала увидеть, так и не пришел.

Полина не сразу поняла, что плачет. Просто вдруг город перед ее глазами стал размытым и каким-то невнятным. Тихие и жалкие слезы сбегали по ее щекам, разбиваясь о колени, но она и не думала их вытирать. Она просто смотрела прямо перед собой невидящим взглядом и думала о том, что нисколько не поумнела.

Она ждала, каждый день ждала сообщения, звонка, встречи – чего угодно. Она надеялась,снова и снова представляя, как он заходит в приемную и говорит ей, что она все не так поняла. Что он сожалеет. Что угодно, лишь бы не так, даже не попрощавшись. Что бы она ни говорила Свете и Арине, она до последнего надеялась, что он сделает хоть что-то.

Она снова вытащила из кармана список, в который по совету именитого психолога внесла все плюсы и минусы их отношений. И плевать, что не было никаких отношений, а в этом списке были сплошные минусы. Ей нужен был хотя бы один плюсик, чтобы она осталась. Но его не было.

Полина сжалась от жалости к себе, вспоминая, как последние два дня ждала его появления. Каждый раз, когда дверь в приемную открывалась, сердце ее пропускало удар, а это был кто угодно, но не Даниил Александрович. И сейчас Полина намеренно тянула время, словно давая ему последний шанс, которым он, конечно, не воспользуется. Вопреки всем канонам романтического кино, он не пришел. Время неумолимо бежало к шести, но ничего не происходило. И когда наконец минутная стрелка закончила свой бесконечно долгий круг, Поля взяла карандаш, лежавший на журнальном столике, и сделала запись в пустующей правой колонке плюсов.

«Мне была нужна хотя бы одна причина, чтобы остаться»

Утерев слезы, она оставила листок на столе, спрятав его под клавиатуру так, чтобы не прочитала уборщица, но заметил Даниил Александрович, и ушла. Когда дверь за ее спиной захлопнулась, сердце сжалось от боли, но Поля набросила на плечо сумку и схватила со стола коробку, едва ли не выбегая из приемной.

У каждого человека свой предел того, что он может вынести. Полина достигла своего эмоционального предела и, сжигая за собой мосты, сгорела сама. Она шла по коридору, мысленно прощаясь с местом, где провела так много времени, уже не плача, а просто принимая то, что этот этап подошел к концу. Ее первая серьезная работа, ее первые серьезные проблемы и первые настоящие чувства. Те, которые, говорят, не забыть. Но она шла по коридору с гордо поднятой головой, отбивая каблуками прощальный марш. Когда она вышла в холл, а дверь на этаж с характерным щелчком закрылась, она посмотрела на Свету и улыбнулась.