Книга Виноват кофе, страница 82 – К.О.В.Ш.

А с другой стороны, разве она имела право на него злиться? Он сразу сказал, что это спектакль, а все остальное – ее нездоровые фантазии, в которых Илья осознает, что она лучшее, что могло с ним случиться, и уносит на руках в закат. И за это было стыдно. Как и за то, что у нее остановилось сердце, когда губы Ильи нежно прижались к ее. И особенно за то, как она жадно ответила на его поцелуй.

«Как мне ему в глаза теперь смотреть?»

Впервые за все время, что она ходила к Илье, Кристина воспользовалась лифтом, в глубине души надеясь, что он застрянет, уборка отменится и ей не придется встречаться с Ильей. Да и на кой ей сдались эти уборки, если у нее нет ни единого шанса ему понравиться?!

Она обреченно вышла из лифта и нажала на кнопку звонка, непроизвольно затаив дыхание.

– Привет!

Кристина уставилась на жизнерадостноулыбающегося Антона.

– Привет, – растерянно протянула она, входя в квартиру.

– Илья забыл, что Новый год уже завтра, и укатил за подарками, – хихикнул Антон, закрывая за ней дверь. – Мне кажется, если бы я не приехал к нему с елкой и новогодними украшениями, он бы так и сидел на диване в обнимку с ноутом.

Кристина была уверена, что так бы оно и было, и не стала спорить. Повесив пуховик в шкаф, она собиралась было прошмыгнуть в чулан за средствами для уборки, но Антон ее остановил:

– Слушай, я хочу немного нарядить эту берлогу… Поможешь?

– А давай.

Кристине понравилось его предложение. Во-первых, она обожала Новый год и все, что с ним связано, особенно наряжать елку, а во‑вторых, убираться лучше, когда возня с украшениями закончена, а то повсюду будут блестки и мишура.

– Я купил елочку, – похвастался Антон, показывая Кристине коробку с искусственным деревом. – Маленькая, но Илья уперся, что не хочет большую. Он вообще отмечать не хотел, но я навязался, – с гордостью сообщил парень, затаскивая Кристину в гостиную. – Елку поставим на стол, туда, – он ткнул пальцем в книжные полки, – можно повесить мишуру, а на кухню я купил занавес, чтобы все окно светилось.

– Круто, – улыбнулась Кристина. – А почему гирлянда пятиметровая? Не многовато для такой елочки?

Антон нахмурился:

– Я не смотрел на длину. Ну, ничего, намотаем в три слоя, зато будет ярко.

Следующие полчаса Кристина и Антон возились с елкой.

– А ты не спешишь никуда? Ничего, что я тебя задерживаю? – вдруг спохватился Антон.

– Не, учеба закончилась, так что теперь до середины января никуда не тороплюсь, – заверила его Кристина.

– Как зачеты прошли?

– Нормально. У меня половина автоматом была, – пожала плечами Крис, наматывая на елку голубую мишуру.

– Везет, – скривился Антон. – А у меня один незачет, мать так орала, что я решил сбежать к Илюше. А вообще, я говорил, что хочу быть дизайнером, а не вот это все экономическое фуфло.

– Понимаю, – поддержала Кристина.

Не то чтобы на нее давили с выбором образования, но у нее всегда было ощущение, что не она выбрала медицину, а вся ее жизнь, включая родителей, вели ее к поступлению в мед. Откровенно говоря, другие варианты особо не рассматривались.

С другой стороны, ей нравилось то, что она изучала. Ей было интересно, как устроен человек, как функционируют те или иныесистемы, и она получала самое настоящее удовольствие от учебы. В те моменты, когда не хотелось застрелиться от объема информации, которую приходилось впихивать в свой несчастный мозг.