Книга История зимы, что окрасила снег алым, страница 173 – Марина Лаврук

– Акио, с тобой все в порядке? – спросил отец, немного нахмурив брови.

– Да, все хорошо, – очнулся тот.

– Тогда, может, проведаете сестру? Она с нетерпением ждала вас.

Акио не понимал, почему все так восхищаются детьми и тем более младенцами, которые различались, по его мнению, разве что именами. Но, впервые увидев племянника, он замер, а в уголках глаз болезненно защипало от нахлынувшей нежности. Пухлощекий малыш с мягкими черными волосами беззубо улыбался и жадно грыз свой кулак. Иошихиро остановился рядом с братом, и при взгляде на него у Акио испуганно расширились глаза.

– Это что с тобой такое? У меня мурашки по коже. – Он потыкал в брата пальцем.

Лицо Иошихиро озаряла мягкая улыбка, а глаза искренне блестели. Он не отводил взгляда от прекрасного малыша, протянул руки к младенцу и осторожно погладил щеки.

– Ты ему нравишься! – радостно заметила Аи. – Возьми его на руки.

– А как? – Неловко почесав щеку, Иошихиро посмотрел на малыша. – Я же его поломаю.

– Что за глупости! Он же человек. – Аи рассмеялась и, подхватив пухлощекого карапуза, передала его Иошихиро. Тот неуклюже переложил руки, чтобы взять Юки как можно удобнее.

– Тебе идет. – Язвительно улыбнувшись, Акио хмыкнул, и щеки старшего брата покраснели. Акио подошел к заспанной сестре и обнял за плечи. – Ты назвала его Юки, красивое имя.

Иошихиро неотрывно смотрел на племянника, пока тот радостно слюнявил его одежды, а после мокрой ладошкой ухватился за волосы, так что Аи еле помогла высвободиться из плена. Но звонкий детский смех не дал Иошихиро разозлиться, он лишь сморщил нос, упершись в пухлую розовую щеку.

Время летело достаточно быстро, привычная жизнь вошла в свое русло. Братья помогали отцу, вот только все больше поручений доставалось Иошихиро, так что Акио все чаще растерянно покидал кабинет. Он стал больше времени проводить с Макото, молча слушая его чтение в библиотеке, а когда Мира освобождалась, сразу шел к ней. Мира помогала Аи, таскаясь весь день с Юки, так что и няньки оказались не нужны. Но, несмотря на все ее старания, любимчиками малыша оставались Иошихиро и дедушка, пусть от второго и неприятно несло алкоголем.

Акио не думал о собственных чувствах к Мире, не давал себе на это времени, и периодически ему казалось, что лихорадка исчезла, но случайное касание или взгляд вновь запускали неугомонное сердце. Так прошел практически год.

В тот день Акио по просьбе Макото тренировал его, помогая хоть немного обуздать стихию воды, что крайне плохо выходило у несобранного братца. Время от времени Макото молча разворачивался, собираясь уйти в дом, но Акио проявлял небывалую строгость, хватал его за шиворот и ставил на место. В его тренировках не было ничего изнурительного или болезненного, поэтому он считал, что может немного надавить на Макото, игнорируя жалостливые взгляды.

Иошихиро и Мира сидели на лестнице, наблюдая за этими двумя. Теплое летнее солнце стремилось к закату, а небо сияло в самом светлом оттенке голубого. Тишина между ними была уютной, и никто не торопился нарушать ее. Иошихиро был изрядно уставшим, из-за очередной истерики матери он не находил себе места, поэтому просто уставился вперед, даже не моргая.

– Погода сегодня хорошая, правда? – Спустившись на ступеньку, Мира села рядом с ним.