Книга История зимы, что окрасила снег алым, страница 42 – Марина Лаврук

– Ваше величество, а если обвинения ложные, моя честь была задета, я требую… – начал Нао.

– У меня нет времени беспокоиться о вашей чести, – все с той же мягкой улыбкой спокойным тоном перебил император, взглядом указав на место господину Нао.

Тот опустил глаза и уселся обратно, нервно сжав свиток.

– Думаю, на этом мы сегодня закончим с официальной частью, – воодушевленно произнес император в предвкушении банкета.

– А как же исчезновения людей? С последнего нашего собрания пропало еще двадцать человек, – наконец заговорила Нина.

– Разве не у вас нужно спрашивать об успехах по этому вопросу? – никак не мог успокоиться господин Нао. – Нам казалось, что ваш брат занимается этим делом. Неужели он совсем неудачник? – Фурукава неуместно рассмеялся, ожидая поддержки, но получил в ответ только осуждающие взгляды.

– Вы правы, мой брат вместе с людьми Иошихиро ведет расследование, и я прекрасно понимаю, что ваши возраст и физические данные нам никак не помогут. – Нина демонстративно поправила локон у лица.

Император слегка улыбнулся, атмосфера явно накалялась.

– К сожалению, у нас по-прежнему нет никаких зацепок. Единственное обнаруженное шесть лет назад гнездо – все, что у нас есть на текущий момент, – коротко подытожил император. – На этом собрание окончено.

После официальной части зал наполнила музыка и пикантные запахи еды. Прекрасные танцовщицы в розовых платьях кружились, подобно цветам вишни. Нина уселась рядом с Иошихиро, приветственно коснувшись бокалом. Они с удовольствием наблюдали изящный танец.

– Рад вас видеть. – Поклонившись, к ним присоединился глава клана Тиба, единственного клана магических существ, имеющих в своих владениях целую провинцию.

Ои – так звали главу – был молодым унирисом – человекоподобным существом с заостренными ушами, кошачьими глазами и тонкими клыками, обнажавшимися в очаровательной улыбке. Унирисы были на две головы выше обычного человека и обладали обостренным обонянием. Вдобавок они не чувствовали никакой боли, будь то моральная или физическая, а если быть точным, то вовсе не ощущали эмоций. Но соседство с людьми пробудило в них интерес, унирисы старательно изучали чувства, пытались им подражать, пусть и выглядели эти попытки весьма нелепо. Имелось у этих существ и другое занимательное качество: унирисы всегда говорили правду. Но за долгие годы и они обучились хитростям и увиливанию от ответов.

Иошихиро поприветствовал друга улыбкой и жестом предложил присоединиться.

Сзади послышался ядовитый шепот Нао, обращавшегося к своим подручным:

– Жалкая псина, только и умеет строить из себя…

– Удивительно, Иошихиро, – специально громко обратилась к нему Нина, чтобы отвлечь от пересудов за спиной. – Почему я никогда не слышала, как ты лаешь? – Она рассмеялась.

Иошихиро неловко улыбнулся.

– Только скажи, и я готов взвыть на луну, – подыграл он, бросив кокетливый взгляд.

– В чистоте твоей породы я не сомневаюсь, но псов лучше воспитывать щенками. – Нина продолжала улыбаться, поднося бокал к губам.

– Вы меня, конечно, извините, но разве вашей жене было бы приятно узнать о подобных заигрываниях? – вмешался в разговор Ои. – А ваша фраза про щенят – неужели уместно проводить такие сравнения с молодыми юношами?

Иошихиро и Нина переглянулись и понимающе кивнули друг другу.