Книга Поддайся искушению, страница 107 – Виктория Блэк, Елена Сокол, Влада Мишина, и др.

– Чтобы наказать тебя, малыш, мне хватило бы пары слов. Эдвард и Лидия сошли бы с ума, расскажи я им, что в ночных клубах ты бываешь чаще, чем дома. Дочь-грешница для таких верующих людей – худшее наказание. А уж если бы я заикнулся, что ты пыталась соблазнить не кого-нибудь, а меня, пастора, у них волосы встали бы дыбом. Представь, как они были бы в тебе разочарованы?

Голос звучит спокойно и размеренно, даже убаюкивает, но я больше не поддамся его очарованию. Хватило и одного раза.

– Спасибо, тварь, теперь я никогда об этом не узнаю, – выплевываю я со злостью.

Деймон качает головой и почти касается моих губ своими, проводит по ним языком, и я вновь вздрагиваю, только на этот раз не от страха. Не смей, не смей играть на моей слабости, урод!

– Сколько мы были вместе, а ты так и не поняла, малыш, – наигранно вздыхает он и прихватывает мою губу зубами. Больно. Приятно. Противно. Да нет, кому я вру? Вовсе не противно. – Твоя жизнь принадлежит мне, и я не стал бы ломать ее такимобразом. Я мог бы связать тебя, обнаженную, и отправить твоим родителям с забавной запиской в комплекте. Мог бы вытрахать из тебя всю дурь, чтобы ты умоляла меня остановиться и отпустить тебя. Мог бы заставить тебя называть меня «папочкой» или отмаливать передо мной грехи на коленях. Но исполосовать моих же прихожан? Ты совсем слетела с катушек, если решила, что я пошел бы на такое дерьмо.

Шумное дыхание у самого уха едва не оглушает, а вот блестящие в полумраке зеленые глаза расплываются и превращаются в два ярких пятна. Имя Деймона Ллойда внушает ужас многим в городе, но только тем, кто знает его как жестокого палача, который приходит за самыми отвратительными отбросами. Но ни они, ни я никогда не слышали, чтобы Деймон превращал людей в кровавое месиво и устраивал резню. Нет, ходят слухи, что он всегда работает аккуратно, почти педантично.

Не поддавайся, Бернадетт. Ты сама только что видела, как мастерски он играет. Спокойный сладкоголосый пастор, чертов праведник в одно мгновение превратился в убийцу.

– Тогда кто? Кому понадобились, мать твою, два набожных учителя? – фыркаю я, тряхнув головой, и стараюсь выпутаться из его объятий. Не выходит. – Они никому не вредили. Да о них никто и не знал даже! Кроме тебя, Деймон.

– А ты, малыш? Такая громкая и смелая, готовая наброситься на меня где угодно. Думаешь, никто не прознал, кому ты принадлежишь? – шепчет он, но я чувствую знакомые стальные нотки в голосе. Деймон злится. – Гораздо проще сломать мою любимую игрушку в надежде, что это меня подкосит, чем переходить мне дорогу напрямую. И я прекрасно знаю, кто это сделал.

– И ничего мне не сказал!

– Тише, малыш. Я дал тебе время подумать и прийти в себя, считай это частью своего наказания, – ухмыляется он, перехватывая мои руки. Поднимает их над головой и, одной ладонью обхватывая оба запястья, прижимает к стене. – Ты ведь понимаешь, что все было бы в порядке, не веди ты себя как маленькая избалованная дурочка.

– Я не!..

– Заткнись, Бернадетт, иначе вторая часть наказания тебе тоже не понравится.

Приказ Деймона – все равно что закон, эту простую истину я усвоила давно. И сейчас покорно захлопываю рот и смотрю, как его губы изгибаются в самодовольной ухмылке, прежде чем накрыть мои. Господи, его поцелуи все такие же сумасшедшие. Он буквально врывается в мой рот и устанавливает там свои порядки. Проводит языком по зубам и небу, кусает губы и прижимается ко мне всем телом. Я отчетливо чувствую возбужденный член под свободной сутаной.