Книга Наемник, страница 58 – Марго Харт

Веласкес сдавливали невидимые путы. Ей стало одновременно жарко и холодно, плохо и чертовски хорошо при виде Дамиана. Неправильно, безумно, и желанно до потери пульса. Она бежала от смерти, бежала с безнадежным отчаянием, затерявшись в ворохе чувств, и начала испытывать облегчение, лишь оказавшись наедине с собой в уборной, но виновник всего этого буквально ворвался следом. Единственное, что пронеслось в голове девушки — громкий, душераздирающий вопль:

— Нет!

Дверь за Дамианом закрылась, и он, схватив Веласкес за талию, прижал ее к деревянной поверхности. Щелкнул замок.

— Зачем? — прошептала Селия, бегая взглядом по лицу парня, на котором вовсю ходили желваки.

Он дышал тяжело, и складывалось впечатление, что ему с трудом давалась сдержанность. Его пронизывающий взгляд, темнее самой ночи перед рассветом, выражал лишь одно.

Желание.

— Не могу, — хрипло обронил Бланко, и его губы впились в ее.

Он целовал Веласкес так, как если бы это было долгожданное возвращение домой, как если бы делал глоток воды после нескольких суток, проведенных в пустыне. Настойчиво и ненасытно, его рукиблуждали по девичьему телу, что поддавалось на каждую ласку, не отталкивая и не сопротивляясь.

Селия ответила на его желание своим.

Обхватив лицо Дамиана ладонями, девушка углубила поцелуй. Наемник гортанно простонал, упиваясь мучительной страстью, и сжал упругие ягодицы в ладонях, прижимая Веласкес к себе еще ближе. Она застонала в ответ, почувствовав обжигающее возбуждение под натянутой ширинкой парня, и этот звук сорвал все оставшиеся петли самообладания Бланко.

Ему было мало.

С усилием оторвавшись от пьянящих губ, Дамиан стянул через шею девушки верхнюю часть платья, и тут же припал к оголенной груди. Несколько обжигающих поцелуев на глубокой ложбинке, заставивших розовые соски напрячься до предела, и Селия запрокинула голову, томно выдохнув. Сначала зубами, затем языком, Бланко игрался с одной горошиной, свободной рукой сминая мягкую плоть, пока Веласкес, запустив пальцы в шевелюру парня, в исступлении оттягивала жестковатые волосы.

Дверная ручка дернулась, свидетельствую о том, что они находились не в том месте, где сполна удалось бы насытиться друг другом, и Дамиан нехотя отпрянул.

Любуясь раскрасневшейся, потрепанной, полуобнаженной испанкой, Бланко улыбался самой нежной улыбкой, которую только видела девушка.

— Что? — выдавила Селия, возвращая себя к человеческому виду. Ноги подрагивали от возбуждения, уголки губ предательски дергались.

Веласкес также была счастлива в этот момент.

— Ты великолепна, — Дамиан по-хозяйски обнял девушку со спины, пока та поправляла себя, смотрясь в зеркало.

Селия повернулась к наемнику лицом и поправила ворот расстегнутой на верхние пуговицы черной рубашки, поверх которой был накинут такого же цвета черный пиджак. Веласкес словила себя на непристойной мысли, что ей хотелось бы сорвать все пуговицы и наплевать на какие-то там нормы приличия, отдавшись чувствам без остатка.

— Ты тоже ничего, — заключила девушка, заглядывая Бланко в глаза.

Он с минуту смотрел молча, а после хмыкнул и с трепетом коснулся губами лба Селии. В груди той сердце больше не заходилось в сумасшедшем танце, расслабившись при ощущении медленно растекшегося тепла. Такого правильного, такого уверенного, и такого нужного каждому человеку, чтобы понять — ты на своем месте.