Книга Испорченный король, страница 102 – Ноа Хоуп

Как Настя отреагирует на моё… пристрастие? Оценит ли тонкую красоту шибари, это искусство связывания, которое для меня было гораздо больше, чем просто игрой? Доверится ли мне, позволит прикоснуться к самым потаённым уголкам своей души? Отдастся во власть моих рук и желаний? Или сбежит с криком ужаса, увидев в этом лишь извращённую фантазию больного разума?

Эта мысль, острая, как лезвие бритвы, пронзила меня, заставив резко задержать дыхание. Я закрыл глаза, отчаянно пытаясь справиться с волнением. В воображении возник её образ – хрупкая, нежная, запутанная в шелковых верёвках, её кожа, сияющая в мягком свете свечей… Вспышка желания, горячая, обжигающая, пронеслась по моему телу, заставляя кровь пульсировать в висках.

«Спокойно, Доменико. – приказал я себе мысленно. – Держи себя в руках, иначе точно напугаешь её».

Шибари для меня – это танец доверия, симфония чувств, сплетённая из нежности и страсти. И я отчаянно надеялся, что Настя сможет это понять и почувствовать. Тем более, когда это будет первый опыт с человеком, к которому я испытываю настолько глубокие, всепоглощающие чувства.

Выключив воду, я вышел из душа, обмотав бёдра полотенцем. Капли всё ещё стекали по моей груди, оставляя за собой дорожки влажного тепла. Чувство предвкушения, смешанное с тревогой, наполняло меня, заставляя сердце биться чаще. Я прошёл в гардеробную, натянул чёрные боксеры и тёмные спортивные брюки с низкой посадкой. Ткань приятно холодила разгорячённую кожу. Подойдя к зеркалу, я запустил руку во влажные волосы, пытаясь пригладить их, хотя знал, чтоэто бесполезно.

В этот момент в комнату вошла Настя.

Наши взгляды встретились в отражении зеркала. На долю секунды мир вокруг замер, остались только мы двое, связанные невидимой нитью напряжения. Молчание повисло в воздухе, густое и тягучее, как мёд. Я видел, как её взгляд медленно скользит по моему отражению, задерживаясь на каплях воды, блестящих на коже, на мускулах плеч и груди, и чувствовал, как внутри меня всё сильнее разгорается огонь. Ткань брюк не могла скрыть моего возбуждения, и я поймал, как её взгляд на мгновение задержался там, прежде чем снова встретиться с моим в зеркале.

Настя сделала шаг вперёд, её розовые губки слегка приоткрылись, но, казалось, слова застряли у неё в горле. Она закусила нижнюю губу, и этот невинный жест пронзил меня током желания. Её дыхание стало прерывистым, а в глазах появился блеск, который я не мог точно расшифровать – смесь любопытства, желания и, возможно, лёгкого смущения. Она сделала шаг вперёд, ещё один, и её тело коснулось моего. Я замер, не желая разрушить этот хрупкий момент.

– Ты… что-то запланировал, да? – спросила Настя, выдохнув слова, как будто боялась, что они могут всё разрушить.

– Да, la mia Biancaneve. – ответил я с лёгкой улыбкой. – Если ты позволишь…

– Доменико, я…не знаю, что ты собираешься делать, но…

Я прервал её, повернувшись к ней лицом и обняв за талию. Её мягкие формы были, как будто специально созданы для меня.

– Я не заставлю тебя делать что-то, что тебе некомфортно.

Настя посмотрела мне в глаза, и в её взгляде я увидел отражение собственных сомнений и надежд.

– Хорошо, Доменико, я верю тебе. – произнесла она наконец, и в её голосе я почувствовал решимость.

Я наклонился к ней и мягко, с трепетом, поцеловал. Она ответила мне с такой же интенсивностью. Я чувствовал, как её жара заполняет каждую клеточку моего тела, как мы становимся единым целым, и на миг всё вокруг исчезло.