Книга Последний суд, страница 48 – Влада Мишина

– Это разбойник, что напал на нас в Белой пустыне. Напал на Ифе. Он был убит там же.

Анубис посмотрел на Одайона внимательней, заставляя его вздрогнуть от неконтролируемого страха.

– Твоя душа грешна, – сообщил бог. – Ты не дошёл до суда Царя, чтобы принять свою судьбу, а посему, как Каратель Осириса, я сам вынесу тебе приговор. Думаю, ты знаешь, какой.

Одайон лишь закатил глаза.

– Небытие. Ничего нового.

Вокруг Анубиса взвились зелёные нити силы Дуата.

Ифе в ужасе смотрела на них. «Небытие». Как же ей надоело это слово. Как страшно было смотреть на душу, приговорённую к нему. Быть может, аментет могла возразить, остановить казнь, но она слишком хорошо помнила серый шатёр, издёвки и самое первое нападение Одайона – ещё в пустыне Та-Кемет. Какое бы добро ни скрывалось в сердце Ифе, его не хватало на милосердие для этого мужчины.

И всё же она вздохнула с облегчением, услышав звонкий голос Шани, раздавшийся в зале.

– Остановитесь!

Вырвавшись из объятий Атсу, маа-херу встала перед Одайоном, загораживая его от сияющего зелёным взора Карателя.

– Отойди, – холодно приказал бог. – Законы Дуата нерушимы.

– Нет, – покачала головой Шани. – Поймите нас. Мы только что избежали небытия, причём, не раз. Кем бы ни был этот человек, что бы ни совершил, он прошёл этот путь с нами. Пожалуйста… Отсрочьте кару, хотя бы на этот миг встречи. Не рушьте нашу надежду.

Несмотря на слова Шани, Анубис по-прежнему не отпускал силу, которой светились его глаза. Но холод Дуата не устремлялся к Одайону. Возможно, ещё несколько мгновений, и Каратель принял бы собственное решение, но разбойник тоже не собирался молча следить за исходом своей судьбы.

– Да я, в общем-то, не против получить то, что причитается, – заявил он с показной беспечностью. – Но если уж карать, то всех грешников.

Одайон задумчиво посмотрел на Шани, ставшую преградой между ним и небытием.

– С Ифе всё сложно – это я уже понял. Раз сами боги спасли её от стража третьих врат, – продолжил он. – Но маа-херу Шани, пытавшаяся провести на Поля Иалу души, не заслужившие этого, тоже стоит покарать. Таков ведь закон.

Ровно на миг в зале повисла тишина. А затем Атсу быстро шагнул вперёд, загораживая собой сестру.

– Шани не место в небытии. Оно только для таких грешников, как ты.

Кейфл тоже подошёл к другу.

– Ты пытаешься очернить другую душу, лишь бы не получать кару одному, – вздёрнув бровь, он смерил Одайона высокомерным взглядом. – Это ли не доказательство греховности?

Ифе в ужасе смотрела на Одайона, не понимая, как он мог подставить Шани. Подставить душу, которая готова была проводить его в вечность без тревог и забот на Полях Иалу, которая встала между ним и карой Анубиса.

– Нет… Нет, Шани не заслуживает небытия! Это невозможно! – воскликнула она, становясь рядом с Кейфлом и Атсу, дополняя живой щит.

«Это подло. Он поступил подло». Взглянув на Шани, Ифе с удивлением поняла, что она была абсолютно спокойна.

– Атсу, не надо, – девушка положила ладонь на плечо брата.

– Всё будет хорошо. Я всё решу, – хмуро процедил вор.

Грустная, но мягкая ухмылка коснулась губ маа-херу.

– Ты не изменился, да? Хочешь защищать, не думая о последствиях для себя.

– Нет, я…

Шани обошла Атсу, чтобы приблизиться к Одайону. Когда вор попытался схватить её за руку, девушка ловко увернулась.