Книга Мои французские каникулы, страница 44 – Саша Паулан

Лето перед вторым классом было замечательным. Ба забрала нас с Алиной на все три жарких месяца на дачу, чтобы мы не мешали своим родителям работать, а потом слетать в отпуск без детей.

Это был прекрасный солнечный день. Утром Ба нажарила блинов, и мы с большим удовольствием поели их с холодной сметаной, запивая все чаем с лимоном. Если день так начинается, то он точно будет отличным! И он таким и был. Пока Ба не решила нас подстричь… Хотя, честно признаться, Ба подстригла только Алину, а я… Я была причиной этой стрижки. Днем, пока Ба занималась огородом, нам стало немного скучно, и мы решили устроить соревнования по надуванию пузырей из жвачки. А жвачка была прекрасная – малиновая, сладкая. Подходящая для состязаний, которые, к слову, нам быстро наскучили. А семь лет – очень любознательный возраст. И мы решили провести эксперименты со жвачкой. Первый – надувать пузыри, спускать их с балкона второго этажа и засекать время; второй – поджечь жвачки, что, к величайшему счастью, у нас не получилось, потому что Ба спрятала спички; третий – приклеить жвачку Али в волосы. И последний эксперимент оказался самым удачным! У Алины были волосы ниже плеч, а стали чуть ниже ушей, потому что жвачки у нас было много, а у Ба были ножницы и мало терпения. Весь вечер мы с Алиной рыдали от ее прически, каждые десять минут подходя к зеркалу, чтобы проверить: вдруг они отросли? Но чуда не случилось… И чтобы как-то поддержать подругу, я стащила с кухни ножницы и обрезала и себе волосы. Вот только я не догадывалась, что короткие волнистые волосы после стрижки будут торчать в разные стороны. Поэтому просто представьте, какой красавицей я пошла во второй класс. И мама, чтобы как-то отвести внимание от моих коротких волос, нацепила мне огромный белый бант, который был в два раза больше моей головы.

– А это мы всей семьей в Тайланде, – маму было не остановить. – А это на вручении аттестата. Так, это я не знаю кто. Ой, а это мы на круизном теплоходе от Хельсинки до Таллина. А это…

Я продолжила бурчать про себя, а мама не отпускала Патриса, показывая ему все больше и больше фотографий. И я уже почти погрузилась в папин сериал, как вдруг услышала, что мама опять стала показывать мои детские фотографии. Я навострила уши, и точно! Она добралась до той самой!

– Таяна, какая же ты была сладкая булочка! – Мама показала мне ту самую фотографию, которую я больше всего стесняюсь. – Патрис, посмотри!

– Не-е-ет, – закричала я, вскочила с кресла, споткнулась о папины тапочки и рухнула обратно в кресло.

– Таяна, какая ты тут очаровательная! – Патрис рассматривал фото, где я еще совсем кроха – полностью без одежды лежу на животе, улыбаюсь в кадр. Но если быть честной, то крохой меня было сложно назвать. Я была очень упитанным ребенком.

– Ма-а-ам! Я там голая!

– Прекрати! Ты же там совсем младенец.

– И у тебя очень милые складочки! – поддел меня Патрис. А складочки были что надо! Я называла себя на этой фотографии шарпеем из-за них. – А куда они потом пропали?

– Ха-ха! Очень смешно! – Я все-таки справилась с собой и креслом, подошла к Патрису и вырвала фотографию у него из рук.

– Дорогая, ну ты чего? – влез папа.

– Ничего! Если тебе без разницы, что мама показывает голые фотографии твоей дочери, то мне нет! – вспылила я и выскочила из гостиной.