Онлайн книга «На тысячи осколков»
|
Бёрге медленно бредет по улице, даже не обращая внимания на злую худощавую (прямо как ее хозяйка) кошку госпожи Кристенсен. «Милая» соседка прибегает жаловаться родителям по любому поводу. Например, когда снег с нашего участка «полностью засыпает двор». Мечтаю, чтобы она однажды нашла свою любовь, собрала вещички, кошку, дурацких глиняных гномов и отправилась жить в теплые края. Ее сердце точно нужно растопить, а наши морозы в этом не помогут. – Гав! – тявкнул Бёрге, недовольный, что я задумался и не обращаю внимания на то, что он наконец-то решил повеселиться. – Поиграем? – Я вытащил наушник, в котором пел Моби. И, получив в ответ положительное «гав», бросил радостному Бёрге снежок. Наш городок – рай для собак и для людей, которые ценят спокойствие. Когда-то он считался крупным. Но это было давно. Потом остальные города стали расти и развиваться, а наш законсервировался, словно селедка в банке. Только вместе с ним законсервировались и мы среди леса. В наш городок ведет всего одна длинная дорога. Если посмотреть по картам, она, словно змея, изгибаясь, тянется от города в сторону шумной жизни. К которой мы не тянемся. Или, может, это только я. Совсем немного. Почти все горожане продолжают жить в белых домах с коричневой крышей – дань традиции и нелюбовь к переменам. Только некоторые семьи строят себе новые кирпичные коттеджи, которые, как огромные скалы, нависают над уютными домиками. К счастью, моя семья менять жилье не планирует. Не хочу снова бороться за чердак. Снег хрустит под ногами, солнце полностью появилось из-за деревьев – знак, что пора идти в школу. Моби в наушниках продолжал шептать, что страдает от калейдоскопа мыслей. Чувак! Я тебя прекрасно понимаю! У самого уже голова пухнет от мыслей и страхов. И главного страха – быть отвергнутым… Бр-р-р… Даже думать не хочу! Надо переключить песню. * * * – Быстрее! Быстрее! – Мама суетилась вокруг машины. – Мы опаздываем! – Мам, может, я на автобусе? – робко спросил я. Ездить с мамой я не любил, потому что… Потому что ABBA перемешивалась с Шер, и мама своим звонким голосом подпевала «You are the Dancing Queen, young and sweet, only seventeen»[1]или «I’m dancing solo in the dark on the club floor»[2]… Любит мама петь. И танцевать. А папа ее в этом поддерживает. Как начинают готовить, включают музыку, и все! На ужин – сухой подгоревший стейк. Романтики. – Неужели тебе никто не нравится? – Мама сделала музыку тише. Вот лучше бы ты пела, честное слово. Так и знал, что будет какая-то западня. – Ма-а-ам… – Резко захотелось выпрыгнуть в сугроб. – Ты ничего не рассказываешь матери о личной жизни! Я же волнуюсь. – А зачем ты волнуешься? – Я задал вполне логичный вопрос. Зачем за меня волноваться, если я вполне адекватный человек? Ничего сверхъестественного вообще не вытворял. – В смысле – зачем? – У мамы округлились глаза. – Я тебя люблю и не могу не волноваться. А у тебя сейчас такой опасный возраст… – Нормальный у меня возраст, – буркнул я. – Просто пока не встретил ту единственную. Ну чего все ко мне пристали? Может, я однолюб? Может, сегодня мой статус холостяка изменится? Может… – Ты точно что-то от меня скрываешь! – Мама хитро улыбнулась, вырвав меня из мыслей. – С чего ты взяла? – Я растерянно на нее посмотрел. Надеюсь, она не видела валентинку. Или блестки. А то напридумывает себе разного. |