Книга Окно призрака, страница 149 – Камрин Харди

Руки его покоились на одеяле. И именно они приковывали к себе внимание, потому что перчатки лежали на тумбочке. У Дэвида оказались вполне обычные человеческие руки. Ни шрамов, ни ожогов, ни синяков, ни ссадин, ни сыпи, ни пигментных пятен. Поэтому версия, что перчатками он пытался скрыть какие-либо дефекты, сразу отпала.

– Не ожидал, что вы приедете вдвоем, – сказал Дэвид Питтс.

– О, мы теперь неразлучны, – усмехнулся Юэн, кивнув на Бернарда. – Я ведь его оруженосец.

Берн не удостоил шутку каким-либо комментарием и сел на стул около кровати, на котором всего пару минут назад сидела Эрика. Конечно же, как только врач разрешил зайти в палату, девушка сделала это первой. Берн сказал, что надо будет тоже зайти. Юэну было все равно. Они с Дэвидом не друзья и не родственники, знакомы только благодаря Берну, и если бы Юэн вдруг оказался в больнице, вряд ли библиотекарь приехал бы его навестить, и все же отказываться от посещения он не стал да и не хотел. Он остался стоять чуть позади Бернарда, ближе к двери, как телохранитель.

– Эрика мне позвонила… – сказал Бернард. – Но я не совсем понял, что произошло.

– Просто упал, ничего страшного, – ответил Питтс. К этой фразе отлично бы подошел небрежный жест рукой, но руки Дэвида продолжали лежать поверх одеяла, как два протеза. Словно мужчина не знал, как заставить их функционировать без перчаток.

– Я множество раз падал, – решил встрять Юэн. – Поверьте, в этом деле я профессионал. И мне ни разу не ставили капельницу, – он кивнул на Питтса и подозрительно прищурился.

– Врачи не говорят ничего конкретного. Это может быть просто переутомление. Нехватка витаминов. Возможно, какая-нибудь вялотекущая болезнь или стресс, в общем, что-то, что опустошает запас жизненных сил, – спокойно произнес Дэвид, посмотрев при этом на Бернарда.

– Иными словами, что угодно. Какое размытое предположение, – пробубнил Юэн, подумав, что такое «размытое предположение» как раз подходит к «размытому облику» самого Питтса. Тогда вполне логично, что с ним происходит тоже что-то непонятное и «размытое».

– Что-то, что опустошает запас жизненных сил, – задумчиво повторил Бернард.

Дэвид кивнул с таким спокойным видом, будто его вообще не волновало, что может являться тем фактором, высасывающим из него силы. Например, какая-нибудь серьезная прогрессирующая болезнь. Ему словно все равно на себя или он просто не осознавал, что что-то в его жизни пошло не так. Чем-то его организм был недоволен. В то время как Дэвид был абсолютно безразличен к происходящему, Эрика переживала за двоих.

– Надеюсь, вы поправитесь, – поднимаясь с места, сказал Бернард и попрощался.

Юэн ограничился только кивком и, выходя, в последний раз взглянул на руки Питтса. Как искусственные. Он сам как искусственный. Там, внутри, остался ли вообще человек? И если нет, то куда он ушел, оставив свою оболочку? Что стерло с него краски?

19

– Мне казалось, ты сделал больше снимков, – сказал Юэн, протягивая Берну пачку фотографий.

– Да, но отобрал наиболее удачные и эффектные.

Это был их первый разговор о сгоревшем театре с того момента, как они там побывали. Юэн не пытался докопаться до истинной причины, почему Бернард все-таки решил попасть внутрь и зачем ему понадобились такие фотографии. Берн же, в свою очередь, либо осторожничал, либо не придал значения тому, что произошло в стенах заброшенного здания в комнате с реквизитом.