Книга Окно призрака, страница 200 – Камрин Харди

Погрузившись в работу с ловцом снов, Бернард даже не заметил, как стал напевать себе что-то под нос, пока на улице продолжал лить дождь. Он признавал, что его вокальные данные не шли в сравнение с тем, как умел обращаться со своим голосом Юэн, поэтому просто напевал мотив без слов. У Юэна нашелся бы какой-нибудь подходящий к ситуации текст. Создавалось впечатление, что он знает много песен и может общаться только ими. Занимаясь с нитками и бусинами, Бернард успокаивался, неприятный осадок после ночных кошмаров исчезал.

Ловец снов в итоге получился большим, со сложным узором, а перья Бернард использовал разные. Как ни странно, смотрелось хорошо. Мать, конечно, делала более гармоничные амулеты, например, в одной цветовой гамме или выдержанные в особой стилистике, но Бернарду понравился результат его трудов. Он повесил ловец снов на стену у изголовья своей кровати, надеясь, что это поможет отогнать кошмары в последующие ночи, и спустился на кухню. Свет включать не стал, предпочитая передвигаться в пасмурном сумраке. На столе стояла одна из коробок с фотографиями отца.

Юэн появился в десятом часу. Было слышно, как он спускался с лестницы, направляясь в ванную комнату. Через пару минут раздалось пение. Как оказалось, Юэн имел привычку петь в душе. Громко, будто выступал на концерте. Без доли какого-либо стеснения используя хорошую акустику ванной комнаты.

Бернард поймал себя на мысли, что невольно заслушался. Прежде дом дышал тишиной, погруженный в состояние анабиоза, но пение его будто бы оживляло. Вскоре Юэн появился на кухне. Посмотрев на сидевшего за столом в полумраке Бернарда, он тоже не стал включать свет. На нем была та же одежда, что и ночью, отчего создавалось впечатление, будто он не ложился.

– Как же я скучал по нашей дождливой хмари, – с иронией сказал Юэн.

Бернард не успел ничего ответить, потому что у него зазвонил телефон. Секунды две-три он с сомнением изучал имя абонента, потом нажал на кнопку и, посмотрев в окно на ослабевающий дождь, прислонил телефон к уху.

– Здравствуй, Бернард, – послышалось в трубке.

– Здравствуйте, мистер Питтс. Чем обязан?

– Сразу к делу, да? Помнишь, не так давно в моей библиотеке проводилась презентация книги? Вы тогда впервые приехали с Юэном.

– Помню, – сказал Бернард. Тот день ему запомнился особенно хорошо, хотя казалось, что это было вечность назад. В этот краткий миг Бернард с горечью осознал, что жизнь его разделилась на «до смерти отца» и «после смерти отца».

– Не мог бы ты взять все фотографии с того мероприятия, в том числе те, которые делал на пленочный фотоаппарат, и те, которые не получились, и привезти их мне сегодня? Хочу взглянуть на них. Для одного проекта.

– Хорошо. Я смогу подъехать через час.

– Буду ждать.

Бернард положил трубку, засунув смартфон обратно в карман толстовки.

– Что там? – спросил Юэн, наливая себе в чашку чай. – Очередной писатель будет презентовать свой шедевр? А можно будет не слушать его долгую и нудную речь? – свободной рукой он демонстративно приставил два пальца к виску.

– Нет, никаких писателей в этот раз. Просто Питтс попросил кое-что подвезти, – Бернард в задумчивости постучал пальцами по столу, посмотрел на коробку со снимками. У него тоже имелась для Дэвида одна просьба. И раз уж они все равно поедут в библиотеку, можно «убить двух зайцев». – Устроим сегодня выходной в студии.