Книга Окно призрака, страница 220 – Камрин Харди

– О, это слабо сказано.

– Он из нашего города?

– Нет.

– И не лень было ехать сюда ради этой глупости…

– У него интеллект на уровне пятилетнего ребенка, не в обиду пятилетним детям. Так что да, не лень.

– А мог бы потратить время на что-нибудь полезное, – задумчиво произнес Бернард. – На репетиции, например. Или они без тебя не играют?

– Играют, конечно же. Я слышал, что они нашли нового гитариста. Вокальные партии взял на себя Чед, как он и мечтал. Пусть корона на его голове сожмется еще сильнее, пока череп не треснет. К черту таких людей.

– Ладно, – выдохнул Бернард, стягивая с плеча рюкзак. – И чего мы здесь встали, как в музее.

Пока он искал в рюкзаке ключи, Юэн приблизился к надписи.

– Смотри, – ухмыльнувшись, сказал он и, протянув руку, провел пальцем, рисуя знак плюс между двумя словами. – Если сделать так, то смысл фразы сразу становится менее угрожающим.

– Ты как первоклассник, – ответил Бернард без какой-либо злобы и покачал головой. – У меня есть идея получше. Знаешь, когда эта фраза вообще перестанет быть угрожающей? Когда ты возьмешь тряпку и ототрешь ее. И желательно сделать это побыстрее.

Это было справедливо. Юэн косвенно являлся причиной появления этой и предыдущей надписей, однако чувства вины он не испытывал. Писал же не он. Пока оттирал надпись с двери, ощущал только расстройство. Из-за того, что, уходя в тот день из группы, не раскрасил лицо Чеда. В кои-то веки подумал, что он выше всех этих драк и уйдет по-тихому. Что ж, ситуация, казавшаяся ему законченной, возвратилась. Теперь он обязан все это прекратить, так как Чед явно играл не по правилам, затрагивая других людей. Впрочем, такая у него натура. Он всегда был мерзким.

С остервенением бросая грязную тряпку в ведро с водой, Юэн только удивился, почему не ушел из группы раньше. Он не жалел. Просто интересно, что же его там держало? Впечатления от концертов, скорее всего. В конце концов, это действительно было самым позитивным. Брэд и Рикки неплохие ребята и талантливые музыканты. С ними можно было бы еще как-нибудь провести совместные репетиции и просто поиграть пару часиков. А с Чедом необходимо разобраться и сделать это как можно скорее, пока этот идиот не сделал очередную пакость.

* * *

За весь день никто не пришел в студию. На улице моросил дождь и дул сильный ветер, и, видимо, никому не хотелось прогуливаться по такой погоде до мрачного похоронного бюро. Бернард, работающий здесь не первый год, наверняка знал, когда ждать наплыва посетителей, а когда настают периоды затишья. Он, как и планировал, работал в проявочной, лишь иногда выходя и спрашивая Юэна об обстановке в студии.

– Все тихо, – отвечал ему Юэн, держа медиатор в зубах, и, когда фотограф снова скрывался в своей раковине-проявочной, возвращался к игре на гитаре и написанию песен.

Он уже почти исписал целый блокнот с котятами, который любезно предоставила ему Джи. У нее подобными штуковинами был завален целый ящик комода. Сестра никогда ничего не жалела для своего брата. Со стороны записи казались хаотическим бредом, впрочем, сам Юэн разбирался в них прекрасно, а другим и не следовало совать в них свой нос.

«Что, если в конце сделать вот так? – гадал он, цепляя струны. – Или нет, слишком банально. Надо по-другому».

Когда за окном уже начало смеркаться (вечер или надвигалась гроза? Который час вообще?), он сыграл последний аккорд и расслабленно откинулся на спинку кресла. Пальцы побаливали. Только что он довел до ума одну песню, над которой сидел уже не первый день.