Книга Окно призрака, страница 52 – Камрин Харди

Юэн с нахмурившимся лицом отлип от памятника.

– С ним ведь тоже может быть связана история.

Бернард пожал плечами.

– Думаю, да. Но если выбирать из двух мест, то как фотограф скажу, что мне интереснее кладбище.

– Слушай, ты сказал, что это старое кладбище, но оно не выглядит запущенным. Местами, конечно, остро чувствуется, что не хватает руки человека, – Юэн недовольно цокнул, заметив небольшое пятно на своей ветровке.

– Официально на нем запрещено делать новые захоронения, но городские службы обязаны содержать его в порядке. Однако все, что они могут, это убрать лишнюю ветку или распилить повалившееся дерево. И то не всегда, – сказал Бернард, кивнув в сторону склепа, на куполообразной крыше которого лежала большая сухая ветвь.

По всей видимости, Юэн посчитал этот жест призывом к действию и направился в сторону усыпальницы. Бернард последовал за ним. Он и сам был не против сделать несколько снимков вблизи, хоть уже бывал тут. В кладбищенской тишине раздавался только звук шагов и шелест листвы.

Бернард поднял взгляд на старое дерево, от которого отвалилась ветка. Одна часть его массивного ствола отсутствовала, ее уже давно убрали, но до сих пор с той стороны дерево щетинилось клыками щепок, напоминавшими, что когда-то оно было цельным. Однако, присмотревшись, Бернард заметил, что дерево выглядело наполовину засохшим, по стволу уже пролегла трещина, словно скоро оно развалится пополам и обрушится на усыпальницу и другие могилы.

– Интересно, что внутри, – произнес Юэн и, поднявшись к двери склепа, попытался ее открыть, однако та, разумеется, оказалась заперта.

– Все то же самое, что и в обычных могилах. Ничего особенного, – сказал Бернард, оставшись стоять в шаге от ступенек. – Их же строили в основном для защиты от кладбищенских воров или просто, чтобы ничто не тревожило тело после смерти.

– А что может тревожить мертвецов?

– Например, люди, которые из-за любопытства пытаются выломать двери в склеп.

Юэн усмехнулся.

– Вообще я за кремацию. Не хочу, чтобы мое тело ели черви.

Бернард вздрогнул и повел плечами. Он мог спокойно находиться на кладбище и в здании похоронного бюро, но когда Юэн начинал вот так свободно говорить о собственной смерти, становилось неприятно, внутри все холодело и хотелось срочно сменить тему.

Потому что это напоминало мать, Инесс. Одна из озвученных причин, пока она делала так много амулетов, ярко отпечаталась в памяти Бернарда: «Когда я умру, вас будут защищать они». Мать будто знала, что смерть ходила за ней по пятам. И всякий раз, когда маленький Бернард беспокоился из-за ее слов, она отмахивалась и смеялась, будто сказала глупость: «Конечно же, это все для красоты и уюта, Берни. Не переживай и не обращай внимания». Но знала ли она, что именно на те слова ее сын и будет обращать внимание и что будет помнить их много лет спустя?..

Бросив попытки отпереть склеп, Юэн подошел к Бернарду и встал напротив него. Глаза его цвета надгробных камней вновь сияли какой-то наивной детской заинтересованностью. Явно задумал что-то.

– Кстати, я тут недавно вычитал, что на пленочных фотографиях часто появляются призраки, – сказал Юэн, убрав руки в карманы ветровки.

– Ты интересовался пленочными фотографиями? С чего бы?

– Я же теперь твой ассистент, – улыбнулся Юэн. Он в задумчивости прикусил губу и опустил взгляд на фотоаппараты на шее Бернарда. – Ты уже много фотографий сделал тут, на кладбище. Как думаешь, у нас сегодня хороший улов?