Книга Без любви здесь не выжить, страница 88 – Саммер Холланд

– Притормозите на минутку, – попросила я водителя.

– Мы на мосту.

– Немного направо сдвиньтесь, мне буквально на секундочку.

Бросив на меня недовольный взгляд, водитель все же замедлился и остановился у самого заграждения. Я открыла дверь, замахнулась насколько могла и швырнула телефон через него, а потом сразу влезла обратно в машину.

Священная жертва Темзе вновь была принесена. И сейчас я подкрепила ее молитвой всем возможным богам, лишь бы у меня все получилось.

Конечно, я понимала, что мы едем не в Хаверинг. После всех этих месяцев дорогу в Бексли я узнала бы и ночью, и ранним утром, и даже мертвой – прахом выбралась бы из урны и спросила: «О, едем к Эрику?».

Понимала ли я, что чувствовала? Нет. Одно было ясно: Эрик не сбежал в Бристоль, он ждал меня в своем сером доме. Нет, еще одно: хера с два он собирался оставлять меня в покое.

Могла только надеяться, что разговор не превратится в допрос номер десять. За двое суток мне задали столько вопросов, что, озвучь хоть кто-нибудь еще один, я выцарапала бы ему глаза. Тем более сейчас, без клетки и со свободными руками. Я смертельно вымоталась от всего, включая собственное существование на земле.

Голова, руки, ноги – у меня устали даже ногти и брови. Грязная, толком не спавшая и вообще не евшая, я представляла собой жалкое зрелище. Наверное, так выглядела и Маргарет Сонмайер, хотя ей повезло больше: вряд ли ее обвиняли в терроризме, а значит, к ней как минимум пустили адвоката. Можно ли было сказать, что я выдержала испытание хуже, чем она?

«Убер» остановился у знакомых ворот, и я, коротко поблагодарив водителя, выбралась наружу. Над небом нависали все те же тяжелые зимние тучи, и до весны было так далеко, что сложно даже с уверенностью ждать ее прихода.

Ноги плохо держали, но я, неторопливо перебирая ими, открыла дверь… И меня едва не повалила на пол Бренда.

– Ебанутая! Ты ебанутая дура! – выговаривала мне она, обнимая так крепко, что я тонула в ее огромной теплой груди. – Я с ума сошла от переживаний, думала, больше не увижу тебя. Ебанутая ты…

Мои руки сомкнулись на ее спине в ответном объятии. Я готова была называться ебанутой до конца своих дней, только чтобы чувствовать, что кому-то на меня не плевать. Удивительно, как этим человеком оказалась самая грубая девчонка Лондона, но… Наверное, друзей не выбирают.

Они приходят в твою жизнь, обзывают и дают понять, что ты больше не одинок. Бренда отстранилась, осмотрела меня и, убедившись, что это все еще живая, хоть и потрепанная я, снова притянула к себе.

– Обещай больше не ввязываться ни во что, – потребовала она.

– Я буду осторожна, – улыбнулась я ей в грудь.

– Понятно, – вздохнула Бренда. – Я, конечно, тоже пизда, нашла о чем тебя просить.

Смех, будто незнакомая или давно забытая реакция, заклокотал в груди, вырываясь наружу. Только теперь Бренда выпустила меня из своих агрессивных объятий и дала оглянуться.

Рэй и Эрик оба были здесь. Они стояли рядом, одинаково скрестив руки на груди, и выглядели едва ли не хуже меня. В мешки под глазами Рэя можно было воровать кирпичи на заводе, а на челюсти Эрика под светлой бородой, как цветок, распускался лиловый синяк. И все же… Они были здесь.

– Привет, кроха, – с трудом улыбнулся Эрик. – Добро пожаловать домой.

Он сделал шаг вперед, но Рэй был быстрее. И секунды не прошло, как он оказался рядом, схватил меня за руки и начал осматривать.