Книга Я за твоей спиной, страница 129 – Саммер Холланд

Пайпер смеется, а он наклоняется, чтобы украсть у нее короткий поцелуй. Когда Гэри рядом, все и правда выглядит несложным: делай, что хочется, и будешь счастлив. Правда, иногда у него во взгляде все равно мелькает тревога, которая передается и ей.

Он все еще многого не рассказывает, но у них пока не было достаточно времени на это. Пайпер устраивает их «сейчас», поэтому она запрещает себе лишнее любопытство.

Однажды она узнает больше о том, что беспокоит Гэри, и найдет способ сделать все еще проще. А пока просто кивает на неразобранные сумки на диване.

– Найдешь для меня место в своем гардеробе? – спрашивает она.

– Пойдем, – он помогает ей спуститься, – быстрее начнем – быстрее сядем смотреть «Доктора».

* * *

– Да ладно?!

Пайпер неверяще смотрит в экран, пытаясь осознать собственный провал. Как можно было целых три недели провести в адресных книгах, «Фейсбуке», на Гугл-картах, в каждой чертовой соцсети, где только есть аргентинцы – даже в той русской, – и не заметить очевидное?

– Что случилось, маленькая? Жрецов порезали?

Она отрывается от ноутбука и решается посмотреть на Гэри. Тот стоит напротив кухонной стойки с ножом в руках и вопросительно наклоняет голову.

– В Аргентине два Мирамара, – медленно, скорее для самой себя, произносит Пайпер. – Скорее всего, мы искали не в том.

– Вот как, – он задумчиво качает головой, – а второй где?

– В Кордове.

Гэри молчит, словно для него это ничего не значит. Пайпер вздыхает и открывает карту, поворачивает экран к нему.

– В центре Аргентины есть такой регион. Вот здесь, посмотри, есть большое соленое озеро, которое называется Мар-Чикита, маленькое море. И на берегу озера – курортный город.

– Мирамар, – кивает он.

– А мы искали в Мирамаре, который относится к Буэнос-Айресу. И я вообще не заметила за все это время, что есть еще один.

– Этот меньше или больше?

– Меньше, – Пайпер разворачивает экран обратно к себе, – две тысячи людей населения. Но туда приезжают местные туристы.

– Скорее всего, он там, – кивает Гэри. – Больше на него похоже.

Он возвращается к разделочной доске, которую оставил, и продолжает нарезать овощи.

– По крайней мере, там мы еще не искали.

– Он там, – повторяет Гэри. – Это логично.

– Почему?

– Представь, что ты бежишь от полиции, – спокойно начинает он, – а сама из Бикерстаффа. Это даже не Дублин, это скорее… Подумай, какую ты знаешь деревушку в Ирландии? Такую, чтобы в самом центре, крохотную?

– Damhán alla, – выпаливает Пайпер.

Она не знает никаких городов в Ирландии, кроме Дублина, а Гэри не знает ирландского. Так что когда она просто произносит «паук» по-ирландски, его устраивает.

– И вот ты приезжаешь в Европу. Проводишь несколько недель в Малаге, в Испании. Потом улетаешь в Аргентину. Почему?

– Если я бегу от полиции, значит, я боюсь, – рассуждает она.

– Скорее всего. В этом случае Испании тебе недостаточно. Тебе хочется забиться в самый дальний уголок мира. Так, чтобы никому в голову не пришло тебя там искать.

– Звучит логично.

– И ты прилетаешь в Буэнос-Айрес. Сколько там населения?

– Три миллиона, – быстро гуглит Пайпер.

– А ты из Бикерстаффа, ну, или из этого Даван Алла. У тебя даже Манчестер и Ливерпуль, которые для тебя огромные, до миллиона не дотягивают.

– Мне страшно жить в Буэнос-Айресе, потому что там слишком много людей.