Книга Я за твоей спиной, страница 161 – Саммер Холланд

В городе тихо, спокойно. Они проезжают его полторы улицы с небольшими, но чистенькими домиками, кое-где уже загорается свет. Появляются и гостевые виллы – видно, что курорт. Заметив на улице одинокую женскую фигуру, Пайпер просит остановиться. Она приоткрывает окно и высовывается наружу.

– Буэнас ночес! – доносится ее радостный голос.

Они с женщиной перебрасываются какими-то фразами – Гэри ни слова не понимает, – а потом Пайпер отчетливо, но с испанским акцентом произносит «Гэри Джеймс».

Любопытство заставляет тоже высунуть нос. Женщина – ей лет шестьдесят, не меньше, – тут же узнает это имя и добродушно указывает рукой в сторону севера.

Нутро начинает неприятно ныть: зря Пайпер договаривается, ее ведь и запомнят. И мужик из Росарио, и эта женщина, и даже девушка на ресепшене в Буэнос-Айресе. Это плохо, хотя если тело хорошо спрятать, то пока найдут, их уже сложно будет вычислить. Мало ли в Штатах рыжих девчонок да молчаливых громил. Но прятать тело точно придется.

– На север едем. – Пайпер машет женщине на прощание и падает обратно на сиденье. – Он там давно живет, «кинсе» – это сколько, пятьдесят? Нет, это «синкуэнта». «Кинсе» – это пятнадцать, значит. Пятнадцать лет он здесь.

– Значит, все его знают, – отвечает Гэри самому себе. Как же тело спрятать? – Показывай дорогу.

Домики сменяются полями и редкими площадками для кемпинга. Нормальная дорога тоже резко заканчивается, и «Тойота» недовольно подпрыгивает на кочках, начиная возмущенно рычать.

– Главное – не пропустить поворот, – Пайпер оглядывается по сторонам, – вон там направо. Донья Чорра сказала, дом не пропустим.

– Ты и имя ее узнала.

– И даже свое сказала.

– Пайпер!

– Ну, не прямо свое. Райли Лопес. Она тоже рыжая, и я ее ненавидела в школе.

– Не знал, что ты умеешь.

– Что, ненавидеть? – Она резко поворачивает к нему голову. – Милый, я все умею.

Вдали виднеется покосившийся старый дом, и Гэри видит, что донья Чорра права: пропустить его невозможно. На нем развевается «Юнион Джек» – самая, нахер, британская вещь в мире.

Свернув на обочину, Гэри резко тормозит. Дышать становится тяжелее – это ведь он. Точно он. На этот раз без сомнений, без ошибок, без «если». Это он. До сих пор горд своей страной, даже если на родине его ждет тюрьма.

– Мне остаться здесь? – тихо спрашивает Пайпер.

– Не знаю… – Гэри опускает голову на руль. – Мне нужно отдышаться пару минут.

Она умолкает и легко касается его плеча. Это только добавляет сомнений – вернуться позже? Одному? Подготовиться получше? Но куда тогда девать ствол и как объяснить ей, что сейчас он просто не смог? Потому что слаб, или потому что страшно, или потому что над домом – «Юнион Джек».

Нет, это был слишком долгий путь. Гэри выпрямляется и запрещает себе сомневаться.

– Я пойду сам, – говорит он. – Дай, пожалуйста, пистолет.

– Перчатки, – напоминает Пайпер и лезет в рюкзак. – Давай я буду на улице, рядом.

– Не хочу, чтобы ты видела.

– Понимаю. Я тоже не уверена, что хочу видеть.

Гэри еще раз проверяет магазин и передергивает затвор. Он молча выходит, даже не пытаясь спрятать оружие. Как только отец увидит его, то сразу поймет, кто и зачем пожаловал.

В доме не горит свет, но туда и не приходится заходить. Отец сидит на табурете недалеко от входа, мирно наблюдая за тем, как солнце скрывается за полем. Гэри сразу его узнает, дважды проверять не приходится.