Книга Чувствуй себя как хочешь, страница 145 – Саммер Холланд

Почему для нее племянник важнее собственной дочери? Она все время твердит, что семье нужно помогать, но на саму Флоренс постулаты, кажется, не распространяются. И это самое обидное.

В галерее тихо: Моника сидит в ноутбуке и поднимает глаза, когда входная дверь открывается.

– Привет, – улыбается она и кивает на экран, – набрасываю текст к новой работе Мартина.

Флоренс оглядывается, пытаясь вспомнить, кто еще из девочек сегодня должен быть на работе.

– Элис придет во второй половине дня, – считывает ее взгляд Моника.

Это очень плохо, что она не помнит расписание, да? Возможно, Гэри был прав, когда целый год твердил ей взять управляющего. Нельзя одновременно и отслеживать изменения в мире, и разбираться с отпусками и больничными.

– У меня в течение часа будут посетители, – говорит Флоренс. – Сможешь позвать, когда придут?

– Я их знаю?

– Это моя мать.

– Ничего не случилось? – Моника с интересом отвлекается от экрана. – Твоя мама не появлялась здесь пару лет.

– Она приведет художника. Хочет, чтобы я с ним пообщалась.

– Ох, сочувствую. Тебе нужна помощь с чем-нибудь?

– Пока не пойму с чем, – вздыхает Флоренс.

Она заходит к себе в кабинет и погружается в список дел, чтобы разобрать, что из этого можно передать Монике. Как минимум стоит поднять той зарплату. Иногда Флоренс задумывается: ничего себе, она – предприниматель. У нее есть сотрудники, которых она кормит, свой бизнес. И он даже приносит деньги…

Двадцатилетняя девочка, которая надеялась получить хоть какую-нибудь работу в мире искусства, сейчас кажется далекой и наивной.

Когда дверь в кабинет приоткрывается, Флоренс уже понимает, что это значит.

– Всегда удивлялась твоей семье, – с улыбкой шепчет Моника в коридоре. – Вы совсем не похожи.

– Тоже думаешь, что меня им подкинули? – отвечает Флоренс. – Нет, просто в папу пошла.

Рядом с мамой стоит невысокий коренастый парень, в котором смутно узнается ее кузен Тьяго. Он неловко переступает с ноги на ногу, поглядывая в сторону выхода.

– Не нравится мне это, тетя Селеста, – говорит он по-испански. – Давайте я пойду.

– Мама, Тьяго, – обозначает себя Флоренс, – добрый день.

– Привет, Флор. – Тот по-медвежьи подходит и коротко обнимает ее. Сейчас он даже напоминает Гэри своими повадками.

– Не видела тебя лет пятнадцать, – улыбается она, – ты здорово вырос.

– Ты тоже, – смущенно отвечает тот.

– Флоренсия, Тьяго недавно переехал из Саванны, где получил свою степень, – вмешивается мама. – Как здорово, что в семье появился настоящий художник!

…А не искусствовед, который сам ничего не создает. Флоренс считывает слова, раньше нередко звучавшие у них дома. Только папа поддерживал ее выбор профессии, и то больше молчанием.

– Ничего особенного, – поправляет ее Тьяго.

– Почему же, колледж креативных искусств Саванны – один из лучших в стране.

– Это да, только я там не учился. Меня в Академию^[23]приняли.

– А… – неловко умолкает Флоренс.

– Я могу здесь пройтись? – Тьяго машет головой в сторону зала. – Интересно, что у тебя выставлено.

– Позвольте мне вас провести. – Моника делает шаг вперед.

– Спасибо, – беззвучно произносит Флоренс.

Они с мамой остаются одни. Почему-то это даже пугает: нет сил выслушивать наставления. Тем более сейчас, когда в жизни и без того не все в порядке.

– Кофе?

– Нет, спасибо. У тебя слишком маленькая каморка, чтобы пить там кофе, – ворчливо отвечает мама. – А еще я тороплюсь.