Онлайн книга «Пригнись, я танцую»
|
Саммер Холланд Парни из Манчестера. Пригнись, я танцую © Саммер Холланд, 2024 © В оформлении макета использованы материалы по лицензии © shutterstock.com © ООО «Издательство АСТ», 2024 * * * Посвящается Виктории Ли Глава 1. Тыковка Манчестер, апрель 2012 Опять датчики и их мерзкое пищание? Том уже открывал глаза, слышал этот писк, видел белый неприятный потолок, но решил, что он проснулся в какой-то другой сон, и закрыл глаза обратно: к черту больницы. Вот только это был не сон. Во сне нет таких мразотных запахов, а еще у Тома начинает тянуть в районе живота. Приходится как-то подобраться и попытаться вспомнить, как он сюда попал, если совершенно точно не записывался ни к какому доктору. Ну да, все тот же потолок. Сколько ни жмурься, он никуда не пропадает. Том пытается пошевелиться, но какие-то трубки и провода вокруг мешают. Итак, он в клинике. Судя по оборудованию справа, не в ветеринарной. Уже не перестрелка, это хорошо. – Ты проснулся? – раздается слева ровный голос Леона. – Нет, – поворачивается он. – Я во сне ворочаюсь, как ты обычно. Пробую новое. Сидящий в кресле Леон выглядит до того паршиво, что страшно представить, насколько хуже смотрится сам Том. Что это за отросшая щетина у самого аккуратного из бандитов Манчестера? А футболка со следами кофе? А мешки под глазами? Нет, все-таки у них что-то произошло. – Ты выглядишь отвратительно, – признается Том. – Я тоже, да? – Серьезно? – поднимает бровь тот. – Это первое, что ты решил спросить? – Вообще-то нет. Я бы предпочел узнать, как мы сыграли с «Челси», но по твоему виду понятно: продули. Леон недовольно качает головой, но все равно ломается и улыбается. Так, если не перестрелка, но его щетине точно пара дней, что тогда произошло? – Братишка, а не скажешь ли мне, что я здесь делаю? – Восстанавливаешься, – поднимается тот из кресла и подходит ближе. – Подушки приподнять? – О да, – пробует опереться на локти Том. – А что со мной произошло? – Если кратко, тебя пытались убить два дня назад, но пробили ножом селезенку. Врачи тебе вырезали поврежденное, и теперь ты живешь без нее. – Кайф, – снова откидывается назад он. – О да, детка, намного легче. У меня появилось два новых вопроса. – Жги. – Первый: не осталось ли у меня еще каких-нибудь ненужных органов? Второй: а когда домой отпустят? – Вот ты дурила, конечно, – с облегчением улыбается Леон. – Я бы спросил, кто пытался меня убить. – Он еще жив? В ответ Леон молча качает головой. – Тогда насрать. Так что там, домой скоро? Меня «Джей-Фан» ждет. Нью-Йорк, апрель 2018 Отвратительное настроение с самого утра: день, когда пора считать зарплату, наступил слишком быстро. Вот только недавно возился, а уже опять он. Перекуры каждые пятнадцать минут не помогают справиться с этим дерьмом, а только оттягивают время. Том всей душой ненавидит бумажки и отчеты, которых у него с каждым годом становится больше. Теперь Леон придумал отделам какие-то фантомные показатели качества работы, заставил заполнять раз в месяц. Ну, или, как в случае команды продукта, придумывать. Это хуже, чем его бесконечные требования изобрести что-то новое и разрывное вроде «Джей-Фана» или «Про-Спейса»[1]. Том не умеет считать все эти «метрики эффективности»: для этого пришлось бы завести столько отчетности, что работать было бы некогда. |