Книга Все под контролем, страница 119 – Саммер Холланд

Грег назначил встречу у себя в офисе на восемь утра, что несколько рушит планы на день, зато оставляет свободным вечер. Леон подходит к его персональному лифту – у пафосного урода даже это есть – и нажимает на кнопку вызова.

Весна в Нью-Йорке вступает в свои права, и что-то в воздухе меняется. В очередной раз, только теперь не весь город возвращается к жизни. Тыковка вот уже не… Леон едва не бьет себя по лицу. Сейчас нужен человек для серьезного разговора, а не месиво тоски, в которое он превращается, стоит только вспомнить о том, что не прошло и месяца, как тело Тыковки отправили в печь крематория.

У него еще остались живые близкие, которым он нужен. Например, он обещал съездить с Кэтрин к врачу, помочь Джеку найти дополнительные средства для фонда. Тот набирает подопечных слишком быстро, и скоро собственных денег может не хватить. И Гэри с ним почти не говорит. Конечно, он давно преодолел свою скорбь, но черт знает, что там в этой молчаливой голове.

Двери лифта наконец открываются, и приходится мобилизоваться, отключив чувства. Грег Эвинг – активный участник синдиката и даже опаснее Дейви Арчера, именно поэтому Леон держит его ближе. Что удивительно, они все периодически пересекаются в одном БДСМ-клубе. Хотя если посмотреть с другой стороны, все становится логично: власть – то, что лидеры преступных групп ценят выше, чем собственный оргазм.

Вот только Грег и Дейви – садисты. А Леон чертовски не любит садистов.

– Доброе утро, – встречает его с порога резкий голос. – Ты удивляешь меня, Леон.

– Я удивляю сам себя.

Грег даже не поднимается из своего широкого, обитого коричневой кожей кресла. От комнаты веет роскошью. Каждая вещь здесь стоит на своем месте и выглядит довольно просто, но Леон уверен: это лучшее на рынке. От стола до ручки шкафа.

– Черт, – хмурится Грег, отвечая на рукопожатие, – ты выглядишь… старше. Соболезную по поводу Тома Гибсона.

– Спасибо, – кивает Леон. На этом с расшаркиванием можно закончить. – Я по делу.

– Не сомневался, – указывает тот на кресло напротив.

– Кстати, – вспоминает он. – Почему здесь? Думал, мы возьмем кабинет в «Пристанище».

– Мир меняется, – усмехается Грег. – Теперь я там не появляюсь, храню верность жене.

Леон едва не присвистывает от удивления: и действительно, мир меняется. Что должно былопроизойти, чтобы Грег отказался истязать своих любимых латиноамериканок, доводя их до потери сознания от кровотечения? Еще и прикрывать это верностью к серой мышке Бонни? Забавно.

– Грег, у меня есть к тебе предложение.

– Нет.

– Прости?

– Нет, – повторяет тот. – Мы квиты с момента, как ты попросил занять ресторан Бонни на вечер. Больше я тебе ничего не должен.

– Кстати, спасибо. Но я не говорил об одолжении. У меня предложение, и оно может тебе понравиться.

– За время нашего знакомства такого еще не было.

– Все случается в первый раз. Хаттон Бакстон в городе, и, кажется, ему до жути надоело положение вещей в синдикате.

– Баронет? – приподнимает брови Грег. – И что нам до его чувств?

– Он хочет заказать убийство папеньки.

– Чушь.

– Тоже так подумал. Но он совершенно серьезен и, судя по всему, не врет. Это не ловушка барона, я навел справки. Все чисто, в Лондоне не знают, что Хаттон поехал сюда. Он должен разбираться с поставками из Мексики.

– Слышал, да, – кивает Грег. – Даже рад, что наркотики – не моя зона, последнюю партию жестко накрыли.