Книга Девять поводов влюбиться, страница 111 – Сола Рэйн, Мария Манич, Юся Нова, и др.

Я отдала ему все.

– Решила изменить приоритеты, – грубо заявляю я. – Разве последние две недели ты не делал вид, что меня не существует? Может, хочешь продолжить? Потому что я не буду возражать!

– Так вот в чем дело, Мэдс. Неприятно?

– Пошел ты! – Делаю попытку уйти, но Себастьян обхватывает мое запястье прежде, чем я успеваю сделать шаг. – Отпусти и дай насладиться вечером!

– Иди к нему, но не забывай о том, кого хочешь видеть на его месте, – шепчет он на ухо.

С этими словами Себастьян отпускает меня, и я четко понимаю: всю жизнь я была слепой дурой, которая не замечала, каким жестоким он умеет быть, когда захочет. Ему не составляет труда потешаться над моими чувствами, зная, что он не ощущает то же.

Он наблюдает за мной. Куда бы я ни пошла, всюду ощущаю пристальный взгляд в спину. Прожигающий.Себастьян не подходит ближе и не пытается завести разговор, но его присутствие доказывает, что он нуждается в другом: ему необходимо показать мне, что он где-то неподалеку. Просто чтобы я знала.

Даже сейчас, когда я еду по склону, имею четкое представление о его местоположении. Себастьян сидит на террасе ресторана, окна которого выходят на заснеженную площадку.

– Чего он добивается? – спрашивает Хлоя, закуривая сигарету, когда я подъезжаю к ней. – Либо ты мне не все рассказала о вас, либо он психопат!

– Ты прекрасно знаешь, что я все тебе рассказала. Именно поэтому нахожусь в таком же недоумении, как и ты.

– Может, мне стоит поговорить с Тобиасом? Поугрожать ему? Он вроде не тупой. – Я останавливаю подругу за плечо и разворачиваю к себе.

– Тобиас не станет тебя слушать. – Лучший друг Себастьяна имеет особое предубеждение относительно моей подруги, а она любит ради собственного удовольствия нарушать его личную зону комфорта. – И ты не будешь ничего предпринимать. Себастьян не психопат. Он просто… Я не знаю, Хлоя, он никогда раньше не вел себя так.

Себастьян может быть нахален и жесток в хоккее или в своих компьютерных олимпиадах, из которых он выходит победителем. Но его отношение ко мне всегда проходили по категории «это другое».

– А Брайан больше не объявлялся?

– Нет.

Наш вечер два дня назад окончился сущим ужасом. Мы не могли нормально поговорить, потому что оба ощущали смущение и вкус горечи из-за испорченной встречи. Думаю, и мне, и Брайану хотелось поскорее разойтись по номерам. Он сказал, что напишет и мы сможем вместе покататься на сноубордах, но с того момента тишина. И я не то чтобы ей не рада.

– Не знаю, почему в тебе так много доброты и сочувствия, Мэдс. Я бы уже давно надела ему на голову мешок с мусором и подожгла бы его тачку за подобное! – пыхтит Хлоя. – Ну или хотя бы ударила! Он забыл о вашем сексе, а сейчас думает, что имеет право разрушать твою личную жизнь!

– Я знаю. Знаю, что стоит надрать ему зад, Хлоя. Но у нас чертовы каникулы! Сочельник через три дня! Я не хочу развивать конфликт, потому что велика вероятность, что это ранит меня сильнее, чем его. Поэтому просто постараюсь не обращать внимания и наслаждаться временем с тобой!

Хлоя недоверчиво поглядывает на меня, но все равно кивает.

Ближе к вечеру мы выбираемся в город, заходим в маленькие бутики, где как нельзя лучше ощущается контраст высоченного ценника и наших пустующих кошельков, что не особо волнует подругу. Она заставляет меня перемерить все черные платья с пайетками, а после, опознав в директоре магазина француза, выторговывает сапожки на каблуке.