Книга Плащ для Красной Шапочки, страница 13 – Кэтрин Кей

Свечи ярко вспыхнули и погасли, полностью сдавшись ночи. Стихло испуганное эхо одиноких шагов, и в зале опять воцарились тишина. Пронзительная и беспощадная тишина, в которой не было слышно даже дыхания.

Если бы отважный естествоиспытатель задался целью найти место, где торжествует идеальное небытие, его цель оказалась бы достигнута.

* * *

– Привет, не хочешь посидеть где-нибудь вечером? – Даниэль улыбнулся так уверенно, словно они были друзьями и периодически ходили развлекаться вместе.

Анна слегка растерялась и тут же одернула себя. Почему она, словно девчонка, смущается из-за всяких пустяков?! Подумаешь, предложил встретиться и поболтать! Разве она последняя уродина, что ее даже пригласить никуда нельзя? К тому же Даниэль симпатичный, интересный как личность, и у многих от него крышу сносит. Что же тут сомневаться?!

– Как раз сегодня смогу, – ответила она, как при игре в теннис возвращая Даниэлю улыбку.

Они договорились встретиться и разошлись по аудиториям – сегодня пересечений по лекциям не было. И все же, даже приняв решение, Анна слегка нервничала. Это свидание? Очевидно, да… От этой мысли делалось приятно и слегка беспокойно. Нормального опыта свиданий у нее не имелось. В средней, а тем более старшей школе вокруг нее стали складываться парочки, но сначала Анну это не слишком волновало, да и не видела она никого достойного, а потом ее жизнь резко изменилась и стало уже не до парней и свиданий. Даже на выпускной бал она пошла с соседом, который оказался тоже из аутсайдеров без постоянной пары.

Она всегда была для отца самым главным человеком на свете. Маленькую он возил ее на плечах, задаривал всевозможными сладостями и покупал то, на что указывал дочкин пальчик. Но это не все. Самое главное, что они всегда разговаривали – совершенно открыто, без препятствий и недомолвок,которые бывают между взрослым человеком и ребенком. Сначала отец читал ей сказки, и они долго обсуждали их, придумывали, что случилось бы, если бы Анна попала в заколдованное королевство.

– Ты бы спас меня? – с волнением спрашивала отца девочка. Спрашивала, хотя прекрасно знала ответ на этот вопрос.

И отец отвечал всегда именно так, как нужно:

– Да, моя принцесса. Я бы прошел огонь и воду, перелез через зачарованную ограду и оказался в волшебном саду. Ты бы уже ждала меня, а чудовище лизало бы твою руку и выпрашивало сладости.

– Я бы дала ему сладостей, – соглашалась Анна. – Ведь чудовищу одиноко потому, что его никто не любит?..

– Ты у меня молодец, принцесса, – говорил отец и целовал ее в макушку.

Он был самым храбрым, самым умным и самым благородным.

Наверное, поэтому ни один из молодых людей с прыщами на подбородке или замороченный на себе король соцсетей местного масштаба не мог даже издали приблизиться к ее идеалу. Ей нужен был кто-то вроде отца. Может, только немного хуже, потому что второго такого же просто не существует на свете.

А потом… потом пришла зима. И отец встретил мачеху.

Анна помнила тот вечер, когда он вернулся поздно. От него пахло морозом и чужими духами. Он тогда почти не отвечал на вопросы и казался погруженным то ли в свои мысли, то ли в воспоминания. Он выглядел потерянным. Зачарованным.

И от этого становилось действительно больно. Так больно, словно грудь опоясали раскаленные железные обручи и они теперь сжимаются, дробя кости, превращая внутренности в кровавую крошку.