Книга Плащ для Красной Шапочки, страница 3 – Кэтрин Кей

– Это сон, – пробормотала она, пытаясь убедить в первую очередь себя, но почему-то сама себе не верила. Слишком реально, слишком страшно это было.

Больше заснуть не получилось: стоило только прикрыть глаза, как перед внутренним взором возникали скрюченные ветви деревьев, отчего девушка вздрагивала и спешила проснуться.

За окном было темно, и время тянулось ужасающе медленно. Она то и дело поглядывала на часы, сожалея, что еще слишком рано; пыталась заснуть, но снова вздрагивала и просыпалась. И эта пытка продолжалась бесконечно, круг за кругом. Скомканная простыня стала влажной от пота, когда тишину резко, как крик петуха, разорвал звук сработавшего будильника.

Теперьможно было вставать на законных основаниях. Голова кружилась, и девушка чувствовала во всем теле слабость.

Когда она спустилась на первый этаж, отец уже позавтракал и собирался на работу.

– Анна, – он строго посмотрел на дочь, – нам нужно поговорить. Я не понимаю, что с тобой происходит. Оливия очень расстраивается, она ничего не рассказывает, но я вижу, что ей с тобой тяжело.

– Пусть просто оставит меня в покое, – буркнула девушка, направляясь к кофемашине. Как нельзя некстати она, опустив взгляд на свои руки, заметила, что лак на ногтях облупился и выглядит очень неаккуратно, не то что у идеальной мачехи.

– Ты стала очень грубой. Я разочарован, – ударил в спину голос отца.

Она вздрогнула, но не ответила.

Отец изменился. С тех пор как в доме появилась Злая Королева, он всегда принимал ее сторону, он беспокоился о ней больше, чем о дочери. Словно заколдованный.

Так и бывает в сказках. После появления мачехи родную дочь отправляют в каморку под лестницей, оставляют в темном лесу или позволяют любимой женщине послать с ней егеря с заданием принести в виде охотничьего трофея еще теплое, недавно бившееся сердце.

Так бывает в сказках, и ее нынешняя жизнь сама собой превратилась в сказку, причем не самую счастливую…

Анна не помнила, как собралась и вышла из дома, села на велосипед и поехала по тихим, еще только просыпающимся улочкам. Привычный маршрут до университета был так хорошо знаком, что преодолевался автоматически, почти бессознательно.

Она оставила велосипед на парковке среди немногих других таких же чудиков, как она сама, до сих пор не севших за руль, и направилась к серой громаде здания. Университет был старым, и Анне он нравился, ей всегда казалось, что он хранит в себе старые истории, а если смотреть на его арочные проемы и винтовые лестницы, можно и вовсе позабыть о современности и подумать, что оказался в сказке. Она преодолела уже половину расстояния, когда за спиной послышались торопливые шаги, словно кто-то пытался догнать девушку.

Анна оглянулась.

– Ты уронила. – Даниэль, один из немногих парней на их филологическо-литературном курсе, протягивал на раскрытой ладони небольшой предмет.

Она пригляделась – маленькая фигурка в красном плаще, кажется, Красная Шапочка – и поспешно замотала головой:

– Это не мое!

– Да ладно, я видел, у тебя из кармана выпало.Возьми, я никому не скажу, – зачем-то добавил он.

Анна машинально взяла фигурку и сунула в карман куртки. Еще не хватало, чтобы этот тип решил, что она мало того что носит с собой игрушку, так еще стесняется этого.

– Я тебя от парковки догнать пытался. Ты была как-то вся в себе, ничего не замечала, – проговорил он, шагая рядом.