Книга Судьба принца, страница 60 – Габриэль Коста

Чуть погодя они зашли в джунгли.

В лагере послышалось удивленное восклицание проснувшейся Сины.

– Где вы это достали?!

* * *

Айон бежал по затягивающему его стопы песку. Он не понимал, почему Риса так недовольно отзывалась о прогулках по пляжу. Принцу не часто удавалось выбираться из замка. Когда до копья осталось совсем ничего, он замедлился и посмотрел на фиолетовую кровь. Только с близкого расстояния он уловил запах, о котором говорил Редлай. Такая тварь пугала Айона, даже будучи мёртвой, а под водой у него бы остановилось сердце.

Встряхнув головой, он подошёл и взялся за копьё, с легкостью выдергивая его из песка. Он посмотрел в сторону убежища и не торопясь, медленным шагом побрёл назад. Легкий шорох где-то слева от него привлёк внимание. Он резко развернулся.

– Кто здесь?

Кровь застучала в висках, но рядом никого не оказалось. На берегу было всё так же пустынно. Только повернувшись назад к убежищу, он смог заметить боковым зрением нечто необычное. Айон вновь развернулся. И, действительно, в нескольких метрах от него на песке появилась уже известная ему надпись: «Не трогай».

Вечер и ночь, по мнению Айона, прошли в странном напряжении. После пробуждения Гилем хранил молчание, явно обдумывая свою речь для предстоящего собрания. Редлай то и дело поглядывал на него и пытался прикинуть, когда книгописец взорвётся от нетерпения, чтобы вовремя сбежать в джунгли. Редлая совсем не пугали дикие животные, необъяснимые происшествия на острове, а вот словесный ураган книгописца держал в напряжении.

Оборотень трёх сущностей заметил какие-то изменения в их лагере. Аура каждого из команды настораживала: Кайл бесконечно злился, Риса нервничала, Азель отчего-то переполнен тоской, Гилем выглядел смертельно уставшим, только от Илая и Сины шла давно знакомая и крайне неприличная аура возбуждения. И Редлай не хотел думать о причинах её возникновения. Единственный, кто вёл себя более-менее адекватно – Айон. Его природная аура мерцала любопытством и заинтересованностью. Принц больше всех пытался взять от острова максимум опыта и положительных эмоций.

К вечеру команда собралась на половине лагеря Гилема. Когда все плотно пообедали остатками рыбы и фруктов, уже наступила ночь. Костёр медленно угасал, но никто не подбрасывал в него хвороста. День выдался жарким и утомительным, поэтому всем хотелось почувствовать ночную прохладу. В этом полумраке Айон не мог отвести взгляд от Редлая в обличье гончей. Его радужки будто горели синим пламенем. Принц с трудом перевел глаза Кайла, тот безучастно водил палочкой по грунту и думал о чём-то своём, как и все в последнее время. Илай еле слышно шептал Сине на ухо какие-то любовные фразочки, заставляя её заливаться краской. И, когда от костра остались лишь угли, Гилем поднялся со своего места. Айон заметил, как Азель слегка сжал руку Рисе, а Редлай заскулил и спрятал нос в лапах.

– Я уже наслушался твоего скулежа, Редлай. Если у тебя есть какие здравые мысли, можешь превратиться в человека, надеть штаны и выражаться понятным всем языком. Ты так часто в животном обличье, что я скорее построю тебе конуру, чем спроектирую нам лодку.

На заявление книгописца Редлай оскалился, но при этом замахал хвостом.

Айону стало интересно, неужели он не может его контролировать?