Книга Смерть ринханто, страница 115 – Габриэль Коста

– Какая красота… – Она взяла одну из роз и случайно укололась. – Ой, я думала, Редлай выращивает их без шипов… Хотя как?

Она посмотрела на Гилема, который лежал на ложе роз терпения. Цветы касались его шеи, лица, рук и стоп. Какая-то мысль замаячила у Рисы в голове, что-то неимоверно важное, и в этот раз она решила не отпускать ее просто так. Не отдавая себе отчета в собственных действиях, она медленно поднесла стебель розы с шипами к оголенной груди Гилема и приложила. Ничего. Она слегка наклонила голову от любопытства и вжала цветок в его кожу, и снова никакого эффекта. Тогда на свой страх и риск она грубо провела стеблем по его груди. Нет. Шипы не ранили его. Сама Риса укололась, лишь взяв розу в руку, а на книгописце – ни царапины. Возможно, она поступила не по-дружески, но это настоящее открытие. Перед ее глазами встала битва на острове со взбесившимся Редлаем и то, что вместо легкой и доступной добычи в виде Гилема он использовал на нем ложе из роз и вылечил от смертельной раны. И попытался уже сожрать ихсердца. И тут мысль в ее голове наконец-то превратилась во вполне четкую идею. Цветок выпал из ее рук, и глаза распахнулись.

– Боги… Неужели.

Теперь многое встало на свои места. Она не собиралась корить себя за беспросветную глупость. Редлай всегда защищал их, всегда следовал за ними… Гилем – его ринханто. Он его путь к балансу. А сам Гилем считал семьей их странную компанию, по этой причине оборотень и признал их новой стаей. Зато теперь ей стало ясно, откуда он черпал силы, чтобы терпеть выходки их приставучего друга. Риса практически сразу догадалась, почему он не рассказывал о его статусе. Боялся, что Гилем не справится с ответственностью. Если посмотреть на Редлая с другой стороны, он… Слишком добрый для оборотня. Он вытаскивал занозы из ног Илая, так как видит лучше всех, применял ритуал роз по их первому зову, следовал за ними, когда-то он даже помогал Рисе и Азелю менять крышу дома. Гилем страдал от своей беспомощности, и его, вероятно, сломает осознание ответственности. И, как могла догадаться Риса, Редлай хотел защитить себя. Смерть ринханто приведет его к гибели, а так он не только не спасет Гилема, но и остальную стаю.

Редлай хотел защитить не только Гилема. Он хотел защитить каждого из них.

– А ведь ворчит больше всех…

Не успела она восхититься выдержкой, честью и благородством Редлая, как Гилем подскочил на кровати и громко закричал. Он схватился за голову и начал ею мотать из стороны в сторону. Риса отпрянула в испуге, не зная, как поступить. Но быстро собралась и попыталась уложить его обратно на кровать, однако отдернула руку. Кожа книгописца показалась ей раскаленным металлом. Спустя несколько мгновений он перестал кричать, и его руки повисли, он сидел с закрытыми глазами, но будто что-то разглядывал перед собой. Из его рта шел пар, а кончики пальцев дрожали. Очередная попытка привести его в чувство провалилась, Гилем не реагировал на прикосновения и слова. Лишь спустя минуту он повернулся к Рисе и приоткрыл веки. Фиолетовый цвет залил всю комнату. Его белки и радужка стали ярко-фиолетовыми, и по уголкам глаз, векам пошел витиеватый узор, который потянулся к вискам, по лбу и застыл своеобразным венцом. Свечение из глаз стало не таким ярким, лишь на дне зрачков горело фиолетовое пламя. Сам книгописец находился то ли в трансе, то ли во сне.