Книга Сердце пустыни, страница 107 – Габриэль Коста

– Слушай, неожиданный вопрос! А Энида… Если она никого из нас не собиралась убивать и выглядит как монстр, способный уничтожить любого, то почему она не похожа на человека? Я не понимаю логики! Она сильная, но не человек, и нигде на ней я не видел татуировку. Хотя, может, она маленькая?.. – Гилем призадумался и заставил остальных размышлять.

– Об Эниде вам расскажу уже не я… – сконфуженно выдал Мики. – Моя задача – осветить часть событий Великой Войны.

– Хорошо-хорошо, – закивал Гилем. – Ты остановился на уроне от воинов пепла.

– Да. Первый удар на себя взял материк Великанов, потом Вечных Бурь и уже следом второй материк. Климат и сила камня усложняли воинам пепла возможность сеять разрушения. Не знаю, как у них работало там все, но до материка Вечных Пустынь дошли самые крупные из воинов пепла. В частности, черви. Они уничтожили девятую часть всех городов, – он покачал головой. – Проблема всех воинов пепла заключалась в сложности перемещения. Огромное расстояние между материками в океане не так просто преодолеть. Кто-то из них попытался долететь до материка Вечных Бурь… Поверьте, такого провала в тактике не знал еще никто.

– Получается, все было уничтожено этими самыми червями? – спросил Айон.

– Это большая проблема Великой Войны. Многие понадеялись на силу материка Великанов. Войны не редкость в Виаруме – что тогда, что сейчас. Остальные подумали, что великаны справятся. Не справились, и это привело к огромным жертвам, – Мики улыбнулся. – Мы почти пришли… Больше половины насекомых пало в сражениях с воинами пепла в первой же волне их нападения. В те времена у насекомых были проблемы с восстановлением количества общего населения на материке.

– А мне казалось, у вас-то как раз нет с этим проблем! Если необходимо постоянно сражаться друг с другом, и уровень вы повышаете от убийства себе подобных, то скорость воспроизведения насекомых должна быть высокой! – Гилем уже начинал замечать какие-то нестыковки в рассказах Мики. – А до разрушения камня первого материка у людей было ограничение по рождаемости детей.

– Ты делаешь правильные выводы. Но ответы на них вы, возможно, получите не от меня, – Мики оглянулся. – Вторая истина. Миражи сознания. Чистое мышление.

Руины вокруг них и даже дорога начали плавиться, подобно льду на солнце. Жидкость перемешивалась и впитывалась в песок. Команда поняла: еще одна схема для защиты Центрального оазиса. Книгописец не понимал лишь одного, раз сам Король Сорокатысячи Ног в первой столице, здесь бродят его сильнейшие подчиненные, зачем скрывать Центральный оазис сразу под несколькими куполами. Так же, если ему хватит храбрости расспросить Саргона о событиях Великой Войны, он восполнит пару пробелов, оставшихся после рассказа Мики. И главный из них, как выжили сами насекомые, если ни одного города не осталось.

– Мой костер, как вы поняли, способен воздействовать на сознание других. На Центральном оазисе стоит защита из миража. Если я умру, то она развеется лишь спустя один лунный цикл. А до этого даже Саргон не в силах будет воспользоваться его водами, – Мики поднял руку, махнул ей и с сожалением продолжил. – Однако в этом уже нет никакого смысла… Простите меня за мою ложь.

– Что? – прошептал Айон.

– Не может быть! – воскликнул Гилем.