Книга Океан и Архитектор, страница 133 – Габриэль Коста

Огромная рука прообраза бога попыталась раздавить хранителя, но он отступил ровно на три шага, необходимых, чтобы уклониться. Легкость, с которой двигался человек в таких огромных доспехах, не могла не вызывать восхищения. Сина еле успела среагировать на очередной выпад. Огромный меч так и не исчез, а стараться сбежать по двум свободным дорогам пока невозможно. Им необходимо здесь и сейчас одолеть или обездвижить Динарутариона. Госпожа Марил сделала шаг вперед, сложила ладони перед собой, и с ее рук начала исчезать татуировка.

– Знак тяжести. Знак цепей. Знак извечной темноты космоса, – она выдохнула. – И на сдачу… Знак бога Фламадея. Пылающая суть.

Динарутарион сделал шаг по направлению к ним, но его нога с трудом опустилась на землю. К его доспехам поползли знаки мертвого языка. Они горели темно-зеленым светом и, касаясь его, превращались в некое подобие цепей со звеньями идеально круглой формы. Хранитель уже не мог пошевелиться. Знаки тяжести и цепей создавали вместе неподъемный для любого человека вес, а знак извечной темноты космоса наложен, чтобы лишить противника ориентации в пространстве и в первую очередь зрения. Однако самым сильным и жестоким стал знак бога Фламадея, заставляющий доспехи нагреваться докрасна. От Динарутариона уже, вероятно, мало что осталось. При всем этом он не издал ни звука, просто свесил голову. Риса с Синой покачали головой, благодаря судьбу за то, что госпожа Марил – их союзник.

– Мы победили? – с надеждой спросила Риса.

– Нет, – ответила ей быстро госпожа Марил. – Оглянись. Меч еще на месте, а значит, Динарутарион жив. Не представляю, как можно выжить в этой нагретой консервной банке! Пар идет, но он не умер.

– Неважно. Наша главная задача – сбежать на пристань. У меня очень нехорошее предчувствие, что Айона и Кайла уже схватили, – Сина посмотрела в переулок по левую руку, прикидывая, каким образом им лучше добраться до нужного места. – Вперед.

– Ну-ну, девочки, куда же вы?

Ровно из того переулка, куда собиралась сбежать Сина, вышел парень не старше тридцати лун на вид. Выглядел он как придворный шут. Синие штаны-шаровары с золотыми узорами из птиц, желтые ботинки. Несмотря на идущий легкий дождь и ветер, на нем не было рубашки, а на голове – шляпа цилиндрической формы, однако верх у нее был будто откушен. На нем висело бессчетное количество золотых цепей, на руках – браслеты, кольца. Риса не могла оторвать взгляд от золотого кольца в его носу и ярко светящихся серебром глаз. Он напоминал жителя второго материка своей темной кожей.

– Госпожа Марил, что вы сделали с Динарутарионом? Вам не кажется, что даже с врагами нельзя так поступать? – он подошел к хранителю и хотел постучать по доспехам, но вовремя отдернул руку. – Ой, кошмар, рядом стоять невозможно.

– Могу предположить, у нас проблемы, – Сина выставила рунку вперед.

– Знакомьтесь: это хранитель Зинард, – прорычала госпожа Марил. – И да, Сина, вот теперь у нас проблемы…

– А разве… – произнесла было Риса, но застыла.

– Вторая истина. Почерк Широ. Ошибка на ошибке, – с широкой улыбкой произнес Зинард.

Дальше оставалось только смотреть и сыпать в него проклятиями. Чем и занималась госпожа Марил. Его не просто так направили сюда. Он ее худший враг во всем Виаруме. Хранитель подошел к цепи из мертвого языка и начал бессовестно вписывать в него ошибки. Нет, Зинард не заклинатель и понятия не имел, что творил, однако его исправления нарушали целостность гениальных знаков госпожи Марил. Согласно правилу, никто не мог просто снять знак, наложенный заклинателем. Вот только Зинард подделывал их так, будто создатель и сам ошибся. Оттого все переставало действовать, и знак снимался. Цепи вокруг Динарутариона рвались, как тонкие нити, а его доспехи остывали. Он наконец-то смог расправить плечи. Госпожа Марил прищурилась, пытаясь придумать, как им поступить. Она не боялась снова попасть в плен, но она во что бы то ни стало должна защитить Сину.