Книга Долина золотоискателей, страница 46 – Габриэль Коста

– Да чего ты вытворяешь! Там есть лестница!

– Да к черту ее!

С этим громогласным заявлением я оступаюсь – и падаю с края второго этажа. Грегори я прихватываю с собой, чтобы больше не занимался глупостями и не цеплялся. Кричу не только я, визжит Патриция, полагая, что мы свернем себе шеи, хотя падать здесь всего ничего. Честно признаться, я тоже боюсь закончить жизнь в собственном сарае, со сломанной спиной. Благо мы падаем прямо на лохматый тюк сена, который мы с отцом недавно разодрали для лошадей. Приземление мягкое, но постыдное. Вместо того чтобы напугать мерзавца Рида я напугал сестру и впечатался лицом в сено. Еще и Грегори своими локтями наставил синяков.

Воздух стремительно кончается, а туша на мне не собирается двигаться, поэтому вновь приходится барахтаться, как рыбе в сети. Вынырнув-таки из кучи сена, я жадно дышу. Нет даже сил обругать Грегори и все вокруг.

– Встань с меня! – ору я истошно.

– Да пытаюсь я! Пытаюсь, я застрял рукой под тобой! – вопит он в ответ.

А Колтон Рид, наверное, уже добежал до Коттон-Тауна.

Наконец я с болезненным стоном сбрасываю Грегори с себя, наслаждаясь его страдальческими оханьем и аханьем. Честно… не думал, что человеческая рука может согнуться под таким углом и не сломаться. Я, ни секунды не медля, подбегаю к Патриции, но не нахожу слов, чтобы вместить все бешенство, – и лишь начинаю бурно жестикулировать. Она смотрит на меня, как на умалишенного, и порывается схватить за руку, но я отпрыгиваю и вылетаю во двор.

Я все еще надеюсь застать Рида, и мне везет. Он только-только запрыгнул в седло и собирается пришпорить лошадь, но, обернувшись, замечает меня. Каким-то чудом – то ли мерзавец очень медлителен, то ли мне ярость придала скорости, – я в два шага преодолеваю расстояние между нами. Лошадь Рида пугается моих резких движений и становится на дыбы. Ее хозяин – явно не лучший наездник: тут же падает и с гулким ударом летит в пыль. Отец когда-то сказал, что настоящего жителя Дикого Запада даже пуля в лоб не выбьет из седла. Если Рид и сломал чего, то уж явно не по моей вине. Некоторое время я наблюдаю, как он корчится и пытается встать. Я, конечно, собирался стащить его с лошади силком и познакомить со своими кулаками, однако он сам справился с первой частью моего плана. Жаль, вторую не дает исполнить Патриция, подскочившая к нам.

– Ты неотесанный дикарь! Что ты творишь?! – Цвет кожи сестры сменился с бледного на пунцовый. Знаю, сейчас начнется яростная перепалка. И ничем хорошим не закончится. – Господь всемогущий, Колтон, вы в порядке? Прошу, простите моего брата, его в детстве конь лягнул, бывают вспышки гнева!

Глаза лезут на лоб от слов сестры! Моя гордость никогда не оправится! Чтоб я – и не поладил с конем?! Да я в пеленках и быка мог ударом свалить!

– Я сейчас его придушу и на растяжку для шкур натяну! – реву я, делая шаг в сторону Патриции.

Колтон Рид тем временем поднялся с земли. Выглядит он, мягко сказать, неважно. Его белоснежная рубашка и хлопковые бежевые штаны все в пятнах. Судя по грозному взгляду, сейчас и он готов оставить мне пару синяков. Прекрасно! Не люблю драться с детьми! Неинтересно.

Готовясь к бою, я отмечаю, что солнце и правда уже высоко. Отец, вероятно, в поле, пока его сын, главный защитник ранчо, спит на сеновале! От шага Риду навстречу меня останавливает рука на плече. Ох, опять Грегори! Клокочущий гнев не позволяет даже взглянуть в его сторону и послать парой ласковых. Отвернусь от противника – могу потерять несколько зубов. Из дома тем временем выбегает Хантер и молча становится рядом со мной, переводя настороженный взгляд с Грегори на Колтона и обратно. Мы попали в какой-то испанский тупик, только вместо револьверов навели друг на друга глаза. Неудивительно, что первой нарушает тишину Патриция, у нее храбрости всегда хоть отбавляй.