Книга Пой. История Тома Фрая, страница 119 – Габриэль Коста

– Но я тогда чуть не утонула!

– Ключевое слово «чуть». – Блондинка закатила глаза и отвернулась, прекращая диалог. Ее подругу это ни капли не смутило, и она принялась хвастаться ногтями уже другой жертве, вызывая обреченный вздох у всего стола.

Ричард решил, что перебивать их не стоит. Он развернулся и двинулся к выходу.

– В пекло это ваше общение. Все в пекло.

Ричард стройным шагом атлета на последней секунде забега покинул помещение. Пара людей удивленно уставились ему вслед, но Ричард плевал на их неодобрение и вопросы. Мысли от увиденного потекли ровным строем. Понаблюдав за компанией, Ричард понял, что никогда не станет частью их мира, да и какого-либо другого общества в университете. Он собирался уже пойти назад в библиотеку, когда увидел магазины техники и книг. Сердце застучало где-то в глотке и замерло, чтобы вновь упасть в пятки. Ричард решил закупиться в каждом из них, заказав доставку до комнаты общежития. Отец, вероятно, очень удивится такой трате денег и попытается позвонить, чтобы уточнить причину. Ричарду же не придется врать. Книги ему нужны для учебы, телефон – для общения и упрощения жизни. Так просто он не попадется.

Ричард вышел из магазина с безумным выражением лица, его глаза горели нетерпением, а руки дрожали.

– Зря я все-таки открыл «Над пропастью во ржи», не просто так она находилась под запретом столь долгое время. – Он улыбнулся и пошел в сторону общежития. Ему предстояло еще очень много дел.

В эту ночь он спал, как убитый.

Ночной Нью-Йорк – это чистая квинтэссенция эйфории и света. Особенно если мартини наливают с завидной частотой. Том был один. Том гулял по Бродвею. Том был счастлив. Счастлив, как никогда. Он всегда хотел пройтись по улице, залитой славой. Он останавливался у каждого уличного певца и активно подпевал, кто-то приглашал его зайти, присоединиться к вечеринкам и веселью. Абсолютно все восторгались его голосом и артистизмом. Еще бы, Том наконец-то освободился от призрачного обруча на груди, не дающего вздохнуть глубоко и позволить миру насладиться его талантом и проклятием в одном флаконе. Оливия из клуба после выпитого спиртного превратилась в прекрасное видение. Спустя какое-то время она ушла со своими друзьями исследовать город, и Том отпустил ее, поблагодарив лишь долгим и пронзительным взглядом. Когда программа вечера закончилась, и все принялись танцевать, Том не смел отказать толпе. Спустя час он вывалился из клуба и пошел куда глядят глаза. Правило ночного Нью-Йорка гласит: никто не имеет права спать.

Том оставил примерно сотню голосовых сообщений Джеку, напевая первые пришедшие в голову песни. Друг знал его слишком хорошо, и даже приставучая попса без капли смысла станет для него посланием: «Мне лучше». Том не надеялся дойти до Бруклина, а уж тем более до своей квартиры пешком. Он не понаслышке знал, что это самая длинная улица в городе, и пьяным ее не одолеть. Зато, пока огни вывесок горели так ярко, можно было наслаждаться запахом асфальта, гомоном людских голосов и стуком собственного сердца. Том принял решение: как проснется и отойдет от гуляний, начнет искать работу. К осени он поставил цель найти труппу актеров и вжиться в образ. Если повезет, ему дадут роль чуть сложнее дерева. Даже с его данными отсутствие опыта выступлений на профессиональной сцене – решающий фактор. Школьные постановки и хор стали начальным этапом, и теперь предстояло набраться опыта на более серьезной сцене. Том не имел права сидеть в четырех стенах и тратить время на страх. Его новая знакомая совершенно права: чем дольше ты находишься в раковине, тем сложнее ее покинуть. Найдется ли теперь сила, способная Тома туда засунуть?