Книга Пой. История Тома Фрая, страница 147 – Габриэль Коста

– Что на тебя нашло, чувак? – Джек осторожно поднялся, готовый в любой момент броситься к двери наперехват. – Так проблемы не решают. Никто не запускает наш миленький чайник в стену! Не забывай, у Дилана тоже перепады настроения! Не надо заменять одно на другое!

– Я куплю тебе поесть, – сказал Алан. На его щеке проступила кровь, будет синяк, и домашняя одежда была испачкана и порвана. Джек постарался. – Хорошо. Я не буду убивать его… пока. – Он смотрел почему-то на Джуд, потом перевел взгляд на Ричарда. – Но ты пообещаешь рассказать, как прошел их разговор. Хорошо? – Ричард кивнул. – Я в душ. Надо привести себя в порядок. Скоро смена.

– Давай, – ответила ему Джуд. – Я пока уберусь на кухне. – Ричард, ты в порядке? – Тот снова кивнул, будто разучился говорить. – С вами не соскучишься. – Она исчезла на кухне. Парни вновь остались наедине.

– Теперь ты понял?

Ричард пребывал в шоке от реакции Алана. Да, они то и дело дрались на заднем дворе школы, но никогда… Никогда масштабы схваток не достигали таких последствий. Сила, уверенность и ярость переполняли бывшего школьного задиру. Он с такой легкостью и скоростью отправил Ричарда в полет, что тот даже не успел сообразить. Алан в буквальном смысле угрожал Дилану убийством. Он следил за ним, за Томом и, подслушав разговор с кухни, не смог сдержаться. Их история – настоящий клубок из тайн и переживаний, и все же прямо здесь и сейчас Ричард поверил Алану. Эмоции переполняли его сердце, однако лицо оставалось непроницаемым. Зря его называли умным. Он не смог заметить у себя под носом человека, который так сильно желал с ними общаться. Ричард покачал головой. За маской школьного задиры он не увидел обычного парня, у которого нет друзей. Они: Том, Джек и Ричард, хоть и прослыли фриками, оставались вместе, а вот у Алана… У Алана никогда никого не было, ни в школе, ни за ее пределами.Он просто хотел иметь настоящих друзей. Вот и все.

– Понял.

«Наверное, не стоило Ричарду уходить. Я чувствовал бы себя спокойнее. Как обычно и происходит в таких случаях. Все песни, сидевшие в голове, сорвались со своих мест и удрали в неизвестном направлении. Дилана явно что-то расстроило, и в прошлый раз мы закончили ссору на полу. Я надеюсь, до рукоприкладства дело не дойдет. Произойти могло что угодно. Он участвует в ста прослушиваниях в день, и, возможно, какой-нибудь крутой вариант ускользнул из его рук. Мне вот до сих пор не верится в свой успех. Я пошел туда с непростой песней, почти неподготовленный и вырвал главную роль. Вероятно, теперь бывшие претенденты ищут меня по всему Нью-Йорку. Нужно будет их завтра прослушать и выбрать себе на случай больничного и выходного какого-нибудь крутого парня. Вроде Дилан хотел, чтобы я перестал лежать на диване, беспокоясь о деньгах и счетах, и Вселенная помогла решить проблему. Еще я уверен, Дилан догадался о Ричарде, который залез в каждую его баночку. Повезло, что Дилан отсутствовал, когда дуралей вышел из душа с маской на лице».

Том поставил пустую миску в раковину, вновь кинул взгляд на заготовленный блокнот, ручки и доску. Он даже не хотел пытаться подобрать песни. Ему придется идти на ощупь в диалоге с Диланом, попытаться выяснить причину его отвратительного настроения, пока проблема не раздулась до размеров Вселенной. Он неожиданно отметил, что волнуется. И, вероятно, Дилан чувствовал нечто похожее, когда сидел на столе и ждал возвращения тусовщика из клуба. Ситуации походили друг на друга, как две капли воды: ни звонка, ни СМС, ни жалкой записки на столе. Такие вещи начинаешь понимать, стоит самому примерить чужую шкуру. Том ходил кругами по комнате в том месте, где раньше стоял диван. Ему не хотелось признаваться в страхе. В самом натуральном страхе. Даже самому себе. Он не боялся, что с Диланом случилась беда. Все было намного хуже… Том был в ужасе от переменчивого поведения друга. Разве нормально трястись посреди комнаты от одного СМС? Они могут ругаться, спорить, игнорировать друг друга, но дружба, в которой ты боишься открыть рот, – отвратительна. И, к сожалению, Том знал, рано или поздно поговорить с Диланом придется.