Книга Пой. История Тома Фрая, страница 178 – Габриэль Коста

– Я на сто процентов уверен, что тебе известна какая-то важная деталь. – Джек пошел ва-банк, пытаясь таким способом найти причину молчаливости друга. – Ты за последние несколько дней ни разу не брякнул ни одного из своих странных словечек. Ричард, давай-ка рассказывай, чего варит твой котелок.

– У меня как-то нет настроения читать Агату Кристи, когда лучший другходит призраком по квартире. – Ричард призадумался. – Вообще, в таком антураже стоило начать «Корабль призраков», но тема пиратов мне надоела.

– Лучше бы ты продолжил читать детективы и помог своей светлой головой. – Джуд выдохнула. – Джек прав, рассказывай, что тебе известно, иначе другого выхода, кроме как идти и выколачивать ответы из Дилана, не остается.

– Ну, неважно, что я бросил читать сейчас. Я уже достаточно ознакомлен с детективами… Предполагаю, Том отказался от самой идеи петь, – почти шепотом сказал Ричард, но это прозвучало, словно гром в маленькой комнате. – Дилан сказал что-то такое, что отравило любовь Тома к музыке. – Глаза Алана теряли гнев, как свеча с истлевшим фитилем, и на место ярости пришла холодная пустота. – Ни для кого здесь не секрет, музыка – это жизньдля Тома. Он не просто слушает ее, сочиняет или поет по настроению, он ею дышит. Единственный его способ показать себя, не используя ни текст, ни рисунки или знаки, – песня…

– Ох, Дилан уничтожил доску, – подхватила Джуд. – И дело даже, наверное, не в том, что она символизирует его связь с Ванессой и важна как память, тут суть в беспомощности. Вот как предлагаете выяснять отношения с человеком, который подстроил нападение из зависти, когда подходящих строк нет? Мы-то зачастую не в силах подобрать верные слова… А тут песни! Дилан предал Тома, о чем вообще речь?

– Ох, черт, – сконфуженно прошипел Джек.

– Что? – Джуд попыталась повернуть к нему голову.

– Кажется, я понял, о чем они говорили. – Джеку искренне хотелось ошибаться. Он перевел взгляд на Ричарда. Тот несколько секунд не понимал, какого черта от него хотят, но спустя полминуты догадался и выругался лишь губами. – Да, Рич, думаю, он затронул тему способа общения Тома. – Не дожидаясь вопроса со стороны Алана и Джуд, он продолжил. – Том очень сильно переживает из-за своей неспособности обойтись без доски, блокнотов и других способов передать мысли, однако… – Он сделал паузу. – Еще больше он боится быть непонятым в песне. Только я и Ванесса всегда знали, что Том хочет донести. Даже Рич время от времени испытывал трудности в этом.

– Я и сам чудик, но язык моей странности другой. Том иногда для меня непонятен. – Ричард побледнел. – Мы старались не говорить об этом. Он сразу переводил тему или писал на доске. Обычно рядом всегда находилсяДжек, понимающий по моему лицу, что нужна помощь. Если Дилан затронул эту тему…

– Том больше никогда не откроет рот, – закончил за него фразу Джек, как в дешевых фильмах про супергероев. – В таком случае у меня даже нет предположений, как вытянуть из Тома хоть одну ноту.

– Но как так?! Разве это имеет значение? Ну не понимает его один придурок из миллиона! Разве Том еще не понял, что иногда даже люди внутри семьи не понимают друг друга! Особенно в семье! – Алан снова вспыхнул от злобы. – Может, Дилан никогда и не пытался его понять? Музыка вообще способна изменить смысл любой фразы, убить и воскресить, заставить любить и ненавидеть, удержать и отпустить. Бред это все! – Он резко встал и выключил закипевший чайник.