Книга Пой. История Тома Фрая, страница 61 – Габриэль Коста

– Все! Мне пора! Точно не хочешь пойти со мной и показать всем настоящий мастер-класс? – Дилан потрепал Тома по голове, пока тот отрицательно мотал ей из стороны в сторону.

«Спасибо. Что-что, а мое пение для здешних не секрет».

– Будь звездой, сияй сегодня и всегда^[88], – спел Том, подбадривая Дилана.

– Надеюсь, в скором времени мы продолжим начатое. – Он махнул рукой и ушел, растворяясь в толпе школьников.

Том мог лишь смотреть ему вслед. Песни сменялись одна за другой, сумасшедший рок превращался в тягучие баллады и так раз за разом, а Том все продолжал стоять в свете софитов и смотреть на Дилана. Его талант к пению и умение держаться на сцене поражали. Он двигался чересчур естественно, словно жизнь обычного человека превращала его в невзрачную куклу без содержимого, тогда как сцена помогала крыльям за спиной раскрыться. Время текло медленно, завораживая, и создавалось впечатление, что Дилан выступает уже целую вечность. И все же, как бы Тому ни хотелось это проигнорировать, он заметил кое-какие огрехи в вокале, несколько пропущенных нот и интонаций. Даже выданный Томом аванс доверия не смог спасти Дилана от его честного мнения. Он просто не мог не обращать внимания на самое главное в его жизни – голос. Пересохшее горло и уставшие ноги невольно заставили двинуться в сторону стола с пуншем, где Том несомненно найдет Джека и сможет перекинуться парочкой фраз, а если совсем повезет, то и Ричарда. Том собирался забросать его тысячей песен с просьбой простить придурка.

Он улыбнулся, когда увидел Джека и худощавую фигуру Ричарда где-то впереди, но тут Том услышал то, что уничтожило все в одно мгновение.

– Интересно, а он тоже станет проституткой, как его мать, если не пролезет на Бродвей? – раздался из толпы знакомый омерзительный голос. Том обернулся в попытке найти источник отвратительных слов. Подлецы и не пытались прятаться. Четверо парней выше Тома на полголовы, шире в плечах, с пренебрежением и отвращением сверлили его взглядом, и венцом всего стала надменная ухмылка Итана. Этот червь без покровительства и кулаков Алана начал плести интриги за спиной Тома.

«Что ты сейчас сказал?

Я не я, если достойно не попрощаюсь с упырем. Алан, твои шавки гавкают слишком громко».

Том яростно толкнул Итана в грудь, нападая без предупреждения. Мерзавцы даже не пытались прикрыться. Ждать извинений и устраивать разборки не было смысла. Трое дружков сразу же вступились за «Наполеона», закрывая его от Тома. Тот попытался вновь броситься на Итана ипоказать, что тот подобрался к черте. В жизни Тома осталось мало секретов, и все же не хотелось озвучивать парочку из них в забитом людьми спортзале.

– Что такое? Нам просто стало интересно, когда ты пойдешь по стопам своей никчемной матери, сломанный граммофон?! – Итан выплескивал свою желчь, не думая ни минуты. Школьники вокруг начали обращать на них все больше внимания. Том чувствовал, как кровь долбит по вискам сильнее музыки, а сердце металось внутри в желании скрыться от обидных слов. – Никакая ты не звезда, Том, а потенциальная шлюха. Против генов не попрешь! Нью-Йорк сожрет тебя и даже не подавится. Твоя природа возьмет верх, и однажды я проедусь по злачным местам города и увижу твое исхудавшее тельце, стоящее около стены с просьбой о двадцатке. – Может, Том и хотел кинуться на Итана, но застыл на месте. – Твоя мать – проститутка, а ты просто-напросто псих! Не позорься и вали назад в свой притон, к матери, заработавшей СПИД. – Итан с парнями ухмыльнулся. – Что неудивительно для шлюхи.