Книга Песня русалки, страница 111 – Милослава Финдра

И тут я не смогла сдержать крик. Звук, вырвавшийся из моего горла, был таким чужим и страшным, что я сама испугалась. Бургграф обернулся на меня. Его лицо раскраснелось, на скулах играли желваки, из рассеченной брови по виску текла струйка крови. Глядя на него, я поняла, что если ничего сейчас не сделаю, то он убьет Анкера.

Поэтому я запела.

Взгляд бургграфа остекленел. Сам он замер в полуобороте: голова обращена на меня, а руки все еще держат Анкера.

Свадебная песнь лилась быстро, ритмично, жестко, растеряв в моем хриплом голосе всю нежность и певучесть. Теперь в ней страх перемешивался с яростью, надежда с обреченностью, любовь – с ненавистью.

Когда я взяла длинную высокую ноту, бургграф вздрогнул. Его взгляд сфокусировался на меня и снова стал бешеным. Меня пробрало жутью, но я собрала последние остатки храбрости и не стала останавливаться. Продолжала петь, и когда он обернулся окончательно, и когда быстро рванул в мою сторону. Только крепко зажмурилась, жалобным полувсхлипом выплевывая очередной звук.

Грубые жадные руки должны были схватить меня спустя мгновение. Но ничего не происходило.

Я замолчала, открыла глаза и тут же, вздрогнув всем телом, отпрыгнула в сторону. Потому что лицо бургграфа было так близко, что, качнись я немного, мы столкнулись бы носами. Его руки с растопыренными пальцами почти впились в мои плечи.

Только несколько мгновений спустя я поняла, что бургграф не шевелится. Он застыл живой скульптурой посреди кабинета и, кажется, даже не дышал. По крайней мере, его грудь не двигалась в такт дыханию. Осознав это, я тут же бросилась туда, где должен был лежать Анкер.

Он привалился спиной к стене и тяжело, хрипло дышал. Но главное – был жив и в сознании. Я тут женачала хватать его за все, до чего могла дотянуться, пытаясь на ощупь определить, насколько тяжело ему досталось.

– Тише-тише, Селина, погоди. Лучше помоги мне встать, – голос Анкера прозвучал сипло, но довольно бодро.

– Сейчас, сейчас, конечно.

Я закивала, сдерживая рвущиеся наружу всхлипы, и начала тянуть его за руки вверх.

– Нет, так не получится, просто дай мне одну руку, а другой сама обопрись о стену.

Оглянувшись с опаской на все еще стоявшего неподвижно бургграфа, я сделала, как велел Анкер, и ему удалось подняться, оперевшись о мое плечо. Он был высоким и тяжелым, но во мне будто проснулись неведомые силы. Я крепко обняла его за талию, прижала к себе и потащила в сторону кресла. Рухнув в него, он не выдержал и застонал, но потом схватил меня за руку и начал быстро говорить:

– Сейчас вернутся мои ребята, и все будет хорошо. На случай, если я вырублюсь, держи. Нет-нет, Селина, соберись, сейчас не надо плакать. Со мной все будет хорошо, я цел. Надо просто дождаться ребят. Слушай меня внимательно и делай все в точности, как я сказал. Вот эта штука его заморозила и сделает это еще раз, нужно только надавить на маленькую кнопочку сбоку. Запомнила? Умница. Возьми и держи аккуратно, тут остался один заряд. Не отводи взгляда от мерзавца. Если он только шевельнется, тут же дави на кнопку, не раздумывай. Поняла?

– Да. Да. Да-да, – повторяла я, кивая головой, как заводная игрушка, которая стояла в доме утех.

Я старалась не отводить от бургграфа взгляда, но на мгновение все же отвлеклась, чтобы посмотреть на металлический предмет, который Анкер сунул мне в руку.