Книга Песня русалки, страница 94 – Милослава Финдра

Анкер усмехнулся и с глубоким вздохом откинулся на спинку мягкого сиденья. Наклонил голову сначала в одну сторону, затем в другую, разминая шею, а потом уверенно схватил плюшевое сердце и подложил под спину. Вычурный вид кареты раздражал его не так сильно, как он показал королю. Их небольшая пикировка была частью старой игры, в которой оба находили свое удовольствие. Глава Королевской канцелярии прекрасно знал и высоко ценил привилегию спорить по мелочам с его величеством.

За окном мелькали синие стены домов и серебристая зелень раскидистых тополей. Довольно быстро карета выехала из города, а затем миновала предместья. Вид преобразился: теперь ничего не заслоняло ярко-голубое небо с вьющимися, как шерсть барашка, белыми облаками. Под ним простирались глубокие сиреневыеборозды: это росли рядами мелкие цветы вандулы. Ее горьковато-сладкий, душистый аромат пробивался даже через стекло. Анкер сделал вдох и почувствовал, что челюсть сводит зевотой.

«Только сел в карету, и уже устал, тоже мне спаситель», – заворчал внутренний голос. Анкер был вынужден согласиться, что да, на героические подвиги пока не тянет. Но в конце концов, его сильной стороной всегда были не кулаки, а мозги. И почему бы ему, вообще-то, не вздремнуть? Окрестности столицы он и так прекрасно знает, в поместье еще вчера отправилась боевая тройка. А отдых, по мнению целителя, необходим для восстановления. В любом случае он больше не валяется без дела во дворце, а движется к Селине. Анкер улыбнулся, вспоминая лицо девушки, и с ее образом перед глазами соскользнул в легкий приятный сон.

Спал он крепко и сладко, а проснувшись, почувствовал, что голоден. Карета уже приближалась к портальной станции, где можно было остановиться перекусить, но ему не хотелось лишних промедлений. Горячий медальон на груди не давал забыть о цели поездки, беззвучно поторапливая Анкера. Поэтому он не стал задерживаться.

Мелькнула было мысль, не сменить ли игрушечную карету на что-то попроще, но потом он решил, что даже лучше, если бургграф посчитает его изнеженным вельможей или дураком. Вычурный вид кареты все же пригодился, очередь к порталу без особых возмущений расступилась, пропуская ту вперед. Переход через портал, как всегда, длился мгновение. Анкер только успел моргнуть, как воздух стал резко теплее, а солнце засияло ярче. Служащие местной станции махали руками, призывая кучера поскорее отъехать от прохода. И процессия двинулась дальше по широкой дороге.

Через пару часов карета въехала в небольшой городок. Среди переулков показался двухэтажный постоялый двор с трактиром внизу. И Анкер крикнул кучеру, решив, что здесь можно сделать остановку. Боевая тройка разведает обстановку вокруг поместья, а он утолит голод и заодно поспрашивает, какие слухи ходят во владениях бургграфа. Они притормозили, кучер остался позаботиться о лошадях, а Анкер пошел внутрь. Столы в трактире были свободны, только у высокой деревянной стойки попивали ржаное пиво несколько крестьян. Анкер занял круглый деревянный стол у окна и сел по старой привычке так, чтобы за спиной была стена, а боковым зрением было видновход. Краснощекий трактирщик с ярко-рыжей бородой и блестящей лысиной тут же заметил его, но сам подходить не стал, послал девчонку. Судя по густым рыжим кудряшкам, дочку. Она подошла с широкой улыбкой, открывающей щель между передними зубами.