Онлайн книга «План «Перехват»»
|
Настя снова удивилась — на этот раз выражению лица Влада: то ли сильно смутился, то ли очень доволен, но пытается это скрыть. — В залу-т' проходите, гости дорогие! Чай уж на угощение-т' времени хватит! — Иванов пропустил их впереди себя, и Настя с удовольствием плюхнулась на диванчик, стоявший спинкой к боку большой печи перед столом. Влад аккуратно присел рядом. Она с удовольствием окинула взглядом хорошо освещенную кухню: все по-прежнему. Из украшений на стенах — только два маленьких нейтральных пейзажа со Светлояром, кисти местного художника. Ходики с кукушкой, рядом, на гвоздике — цветные бусы из валяной шерсти на красной нитке. А над окнами прибиты широкие неошкуренные поленья с вырезанными на них загадочными знаками… — Элешке, ты тó варенье давай, которое мы на девятое из погреба достали, когда на праздник их ждали! — Кисмерешкин, устроившийся напротив, подмигнул им обоим, и укоризненно покачал головой: — Припозднились вы, гости… Мы вона когда угощение готовили… На этот раз Влад действительно смутился, и Настя тихонько улыбнулась про себя. — Ну что, чай, начнем наш саммит-т', — начал Иванов, разливая чай по чашкам. — Вы, я так понимаю, в Беловодье собрались? Я верно, чай? Влад кивнул: — Высший приоритет. Как туда добраться? Иванов махнул рукой: — Чай, про дорогу-т' расскажем и пропуск тебе выпишем. Виряс, вон, проводит даже… До таможни прямо. Кисмерешкин всем корпусом повернулся к напарнику и молча воззрился на него. — Это с чегой-то я? А, Элешке Сантарович? — наконец, пробасил он. — С тогой-то! — привел мощный аргумент Иванов. — Засиделся тут, Виряс Алтышевич-т', понимаешь! У меня хоть «Запорожец» мой есть! Ласточка, чай! А ты-т' дальше Воскресенской ярмарки-т' полгода уже нигде не был! — Дык понятно, чего ты туда-сюда носишься, всю область объездил! Штрафы за твоего метиса какие приходят! — Кисмерешкин аж побагровел. — Кровь гуннов играет! «Запорожец» с «Ламборгини» скрестил, это ж надо?! — А ты, мордвин, я чай, пешочком на ярмарку-т'ходишь?! Сиднем среди леса-т' сидишь, в землю врос, чай, а как до руля-т' дорвешься — так только дрыном оттеда-т' выковырять и можно! — кипятился Иванов. — Чудище ты рыжее, лесное! Влад, близко с Хранителями не знакомый и не знавший, что такие сценки для них — дело более чем обычное, сидел, изумленный, и переводил взгляд с одного на другого. Настя поняла, что пора принимать меры: — Виряс Алтышевич, Элешке Сантарович! Спасибо за чай, варенье тоже очень вкусное! Скажите все-таки, что насчет Беловодья-то? Прерванные на полуслове Хранители повернулись к ним как по команде, но в реальность включились не сразу: посидели, молча помаргивая, видимо, вспоминая, на чем остановились. — Не поеду я дорогу-т' показывать, — уже куда более спокойным тоном произнес Иванов, но на всякий случай рубанул рукой в подтверждение слов. — Я самолетов-т' ужас как боюсь, чай… — Э-э-э, Леха, — примирительно пробормотал Кисмерешкин. — Все-таки хорошо, что мне с тобой выпало работать. Соседи все-таки, тыщу лет бок о бок наши дедки-бабки жили… А попался бы мне шаман какой-нибудь из каряков — это как же с ним контакт искать-то?.. Ладно, провожу. До таможни. И там подожду. Только бумагу тогда ты им пиши, этим бурятам или там алтайцам — у вас, потомков гуннов, с ними взаимопонимание лучше, факт… |