Онлайн книга «Свежая кровь»
|
— Забавно… — прошептала Настя, задумавшись. — Ведь когда-то я мечтала о таком, а сейчас… — Я тебе про папу своего рассказывал? — спросил Кот-Ученый неожиданно. — Нет, я не меняю тему, это как раз о том же. Я его плохо помню, маленьким был. Но дедушка рассказывал, он с детства проявил себя бунтарем и революционером, говорил, что наш мир устроен несправедливо, все такое… Укорял дедушку за то, что он не собирается ничего менять, хотя в силах. В общем, великий идеалист был и, по словам окружающих, обладал большой… гм… харизмой… — Предназначение так проявлялось? — догадалась Настя. — Именно! Ему многие хотели помочь, но этот мир давно устоялся. Так вот, когда он понял, что ничего здесь не изменит, он ушел. Активировал свой желудь и ушел. Настя с недоумением уставилась на давно ставший привычным ей амулет Кота-Ученого — золотой желудь на груди. — Ну да, Насть! При рождении всем котам-ученым мужского пола Дуб посылает свой собственный желудь. Меня лично этот мир устраивает, я доволен тем, чем занимаюсь. И создавать свой собственный не собираюсь, понимаешь? — А Звонков сказал… — Да, он прав. Я погибну, если… Если Дуб рухнет. Бежать создавать свой собственный мир — не побегу. Не представляю себе такого. Я свой выбор давно сделал и другого не мыслю. — Странно… Если честно, я думала, для тебя все это — политика, избирательные технологии, интриги в Думе, даже ловля шпионов — всего лишь игра. Что ты просто так развлекаешься. — Отними у кота игру — и посмотри, что от него останется, — усмехнулся эксперт. — Я не могу не играть, даже полностью отдаваясь избранному делу. Только дичь покрупнее и половчее, чем мыши. И опаснее… Так вот, возвращаясь к теме. Харизма, Насть. Харизма, которую дает Предназначение.Она у тебя есть, просто… другого сорта, чем, например, у папы, — не похоже, что ты революционер. Но помогать тебе хочется. И опекать. Даже очень. Они снова помолчали. — Ну что, может, договоримся, как работать будем? — спросил наконец аналитик. — Времени уже много, я бы хотел своей частью уже сегодня начать заниматься… — Подожди, пожалуйста, — остановила его Настя. — Я вот что еще хотела спросить. Я ведь поначалу, когда мы в заваруху с Тхором попали, даже радовалась: вот как все интересно поворачивается! Понимаю, конечно, что за три года на канале у меня… ну, что-то вроде адреналиновой зависимости возникло, а потом я пошла учиться, и все стало как-то… — Пресно и бесцветно? — улыбнулся Кот-Ученый. — Ну нет! Там много нового и интересного, на факультете-то! — покачала головой Настя, недовольная такой оценкой эксперта. — Я бы сказала, стало со знаком плюс, но ровно как-то. И вдруг — вот все это: Змей Горыныч, прием в ученицы, Лукоморье… А теперь… Федь, мне вчера даже страшно стало по-настоящему: как-то все слишком серьезно поворачивается! И теперь еще Предназначение это… Аналитик покачал головой: — Насть, это не «все слишком серьезно поворачивается». Все с самого начала было очень серьезно. Более чем серьезно. Да и я что-то не помню, кстати, чтобы ты хохотала над приколом испариться вместе с Лукоморьем, когда Археолог «кузькиной матерью» грозил… Просто изменилась ты, и изменилось твое отношение. Наконец поняла, что все это с самого начала были отнюдь не шутки, дошло до тебя это. А если до сих пор дошло не до конца — я тебя огорчу: при резких телодвижениях, как говорится, твое Предназначение рискует самоуничтожиться. Вместе с тобой. И Звонков это понимал, слава Самим, когда взял тебя под наблюдение. |