Книга Опасные тайны леди Эссентрис, страница 14 – Виктория Рейнер

Словно в ответ на мои размышления за дверью послышались звуки, и через секунду она открылась, впуская двоих человек. Я едва успела закрыть глаза и прикинуться спящей.

— Ты ей давала еще дурман? — вот и опекун пожаловал,наверное, все еще опасается, что даже прикованная у стене девушка умудрится сбежать.

— Она еще не просыпалась, — ответила экономка. — Но как только очнется и поест, сразу дам, а то без еды совсем ведь отощает, что потом с ней делать, если даже на ногах стоять не сможет?

— И правда, — неожиданно согласился с ней виконт Швальбру. — Так и сделай. И смотри за ней хорошенько, нам ее терпеть совсем мало осталось, а там можно будет и избавиться с выгодой для себя.

Подойдя ближе и постояв надо мной еще несколько секунд, опекун хмыкнул. Развернулся и молча вышел за дверь.

Олина вышла вслед за ним, а затем вернулась в комнату.

— Милана, он ушел, — тихонько позвала она меня.

— Сколько времени? — поинтересовалась я, наблюдая за тем, как женщина ставит на стол тарелки с едой, и сглатывая слюну.

Есть хотелось неимоверно. Ну правильно, я уже давно без еды, а организм у меня всегда вовремя требовал свое, и если я нервничала, то сметала с тарелок все, что было.

Вот и сейчас я собралась встать с кровати, чтобы пообедать, но Олина остановила меня.

— Не надо, лучше ешь прямо в постели, вдруг кто придет, мало ли. Сделаем вид, что я тебя кормлю. А день уже за половину перешагнул.

Я согласно кивнула, приподняла повыше подушку за спиной и оперлась на нее, а затем получила в руки вожделенную еду. Судя по всему, кормили Алану так себе — принесенная каша оказалась пресной и не особо вкусной, но выбирать не приходится, надо есть то, что дают. Так что я постаралась побыстрее запихать в себя содержимое тарелки, а потом запила его каким-то отваром.

— Вот, я прихватила тебе, — экономка достала из кармана сверток, в котором оказался кусок хлеба и окорока.

По комнате тут же поплыл потрясающий аромат.

— Ешь быстрее, — поторопила она меня.

Я послушалась и смела бутерброд в два счета. И вовремя, в коридоре послышались тяжелые шаги.

Я тут же нырнула с подушкой в горизонтальное положение и отвернулась к стенке.

Дверь скрипнула, и кто-то явно массивный шагнул внутрь.

— Чем тут пахнет? Ты что, окороком ее кормишь? — раздался злой голос. — Хозяева сказали держать ее на хлебе и воде!

— Ты иди куда шел, Ивар, я и без тебя знаю, что мне делать, — огрызнулась экономка и продолжила возмущенно: — Что, раз она только каши ест, и я должна, что ли, пока заней смотрю? Еще чего! Я себе еду принесла!

— А, ну себе это ладно, — смягчился неизвестный. — А у тебя ничего не осталось?

— Иди ты… на кухню! — возмутилась моя соратница.

Мужик хохотнул, но вышел за дверь и потопал дальше по коридору. А я облегченно выдохнула.

— Ходят тут всякие! — пробурчала Олина, собирая на поднос посуду. — Будь осторожна, видишь, в любой момент может заявиться кто угодно.

Угу, буду лежать бревном, все равно пространство для маневров у меня ограничено короткой цепью.

— Я хотела тебя предупредить, — проверив за дверью и снова поставив маячки, женщина вернулась к кровати и села рядом, склонившись ко мне и перейдя на шепот. — Никто, слышишь, никто и никогда не должен узнать, что ты иномирянка. Ну, не совсем иномирянка, но не суть. Нельзя никому знать, что ты побывала в другом мире.