Книга Хозяйка ворон и железный доктор, страница 71 – Галина Герасимова

* * *

– Почему бы тебе не прогуляться? Посмотри, какой вид открывается с палубы! – зовет мама, и Кайла нехотя отрывается от книги.

Мама стоит у большого окна в бархатистом синем платье и накинутой поверх теплой шали и с детским интересом рассматривает проплывающие мимо деревушки и заставу. Это ее первый полет на дирижабле – пока близняшки были маленькими, было не до полетов.

Кайла же путешествует с отцом с пяти лет, и сейчас ей гораздо интереснее учебник по теории магии. Вот бы разобраться, как заставить металл менять форму! Прогулки? Она успеет побыть на свежем воздухе, пока родители будут покорять ассамблею! Но тут книжку выхватывают у нее из рук.

– Вставай! – не церемонится отец. Он сердится, но самую малость. Это забияке Кайле достался бы подзатыльник, но к Минте все добры. – Тебя сестра, что ли, покусала? Целый день с книжкой. Лучше побудь с матерью. Видишь же, как она переживает из-за первого полета.

– Она не переживает. У нее есть компания.

От мамы с самого порта не отходит рыженькая девчонка, ровесница Кайлы. Эдна – лучшая ученица магической Академии, как мама с гордостью ее представляет. Кайла сама удивляется, почему к ней ревнует. Мама со всеми добрая, и то, что она треплет по волосам эту льнущую к ней сиротку, ничего не значит.

Кайла фыркает, но Минта с отцом точно не стала бы спорить. Она встает, покорно разворачивается к окну – и тут дирижабль встряхивает, а ее саму откидывает на угол стола.

Больно!

Возмутиться она не успевает. Раздается оглушительный взрыв, крики. Она вдруг оказывается в крепких объятиях отца, он что-то кричит ей в ухо, и Кайла чувствует, как ее окутывает чужая магия. Затем очередная встряска, и их раскидывает по сторонам. От едкого дыма щиплет глаза, жар пламени опаляет кожу. Кто-то отчаянно кричит, кто-то лежит сломанной куклой. Кайла задыхается, пытается найти родителей в этом кошмаре наяву, и последнее, что видит, как стекло рядом с матерью разлетается на мелкие осколки.

* * *

– Мне жаль.

Скрипучий голос Рейна и прикосновение теплой руки к плечу привели ее в чувство.

Кайла убрала ладони с каменной плиты, затем развернулась и вцепилась в него, уткнулась носом в мужскую грудь. Ее потряхивало. Все-таки, пока она не видела захоронения родителей, было легче. Кайла бывала у склепа раньше, почти сразу, как смогла ходить, но зайти не решалась. Обманывала себя. Оттягивала неизбежное, не желая признавать – их больше нет, они с Минтой остались вдвоем.

Оттолкнуть женщину сейчас мог бы только полный придурок, а Рейн никогда таким не был. Он терпеливо ждал, пока она успокоится и возьмет себя в руки, лишь изредка поглаживая ее по спине.

– Прости. Накатило.

Рейн кивнул, так и не убирая руку, и его молчаливая поддержка окончательно помогла собраться. Что ж это она! Не время распускать нюни!

Кайла отпустила доктора и отошла от саркофага, пытаясь прогнать всплывшее воспоминание.

Жаль, что совместная борьба с химерой нисколько не примирила мага с птицелюдом. Кайла чувствовала исходящую угрозу: потоки силы трещали в воздухе. Рейн сдерживался, пытался быть вежливым, но в любой момент был готов атаковать. И как убедить его, что Хорг не опасен? Она и сама первое время боялась птицелюдов до дрожи. Даже еду брала с опаской – вдруг ее хотят откормить и съесть? Только потом, убедившись, что никто убивать ее не собирается, научилась им доверять, медленно, шаг за шагом преодолевая собственный страх.