Книга Меж двух королей, страница 138 – Линдси Штрауб

— Скажи мне, Темперанс. Жители деревни благосклонно отнеслись к твоему решению?

Чувство вины скрутило ее желудок.

— Какому решению?

— К решению прекратить снабжение продовольствием?

Чувство вины только усилилось.

— Ах, — сказал Максимус, — Ты не обдумала это до конца, не так ли? Я полагаю, эффект был почти мгновенным. Мы платим за импорт в день поступления товаров. Без кровопускания у нас не было бы возможности оплатить больше товаров. Но вас это не волновало, не так ли? Ты просто хотела остановить кровопускание.

— Я хотела защитить своих людей.

— Разве жители деревни не являются и твоими соплеменниками? Твоя мать вырастила тебя. Несомненно, это чего-то стоит.

Конечно, это что-то значило. Но это было не все. То, что Тэмми была воспитана определенным образом, не означало, что это была единственнаяважная часть ее личности. Тэмми состояла из двух частей, каждая из которых имела равную ценность.

— Не смей говорить о моей матери, — отрезал Тэмми.

Максимус одарил ее медленной, странной улыбкой.

— Твоя мать, — сказал он, — была такой же, как ты.

Тэмми понятия не имела, что на это сказать. Из всего, что Максимус сказал ей сегодня вечером, это волновало ее меньше всего.

— Я пыталась поступить справедливо, — прошептала она.

— Справедливость относительна, Темперанс. Ты глупая, если думаешь, что можешь все сделать лучше, чем сделал я.

— Должен быть другой способ.

— Невежественное дитя. Так делалось всегда.

— Нет, — она покачала головой, — это то, что делал ты.

— Ты ничего не знаешь о том, как устроен мир, о том, как взрослые принимают свои решения. Власть достается с трудом, и ее не так-то легко удержать. Нужно чудо, чтобы обрести ее, и только один момент слабости, чтобы потерять ее.

— Я не хочу власти.

— Это потому, что она у тебя уже есть. И скажи мне, Темперанс. Ты бы отказалась от нее?

Тэмми уставилась на него. Действительно ли она жаждала власти, как Бастиан, как Максимус? Это вызывало у нее отвращение. Она не хотела быть похожей на них. Но, возможно, это было неизбежно. До сих пор Тэмми никогда не была могущественной. Она знала, что значит хотеть чего-то, особенно того, чего у нее никогда не будет. Она, конечно, никогда не думала, что у нее будет власть. Для нее было в новинку быть такой — гибридом. Отказалась бы она от этого?

— Ты думаешь, что ты намного лучше своих предков, — сказал Максимус, прерывая ее размышления, — Ты думаешь, что можешь все сделать по-другому. Но всегда приходится чем-то жертвовать, Темперанс. Мир — это иллюзия.

Но Тэмми не была Максимусом; она не теряла надежды. Она могла выбрать другой путь — для королевства и для себя.

— Мир возможен.

— Всегда есть победитель и проигравший. Замкнутый круг не разорвать.

— Ты ошибаешься, — прошептала Тэмми.

— Я не ошибаюсь. И ты поймешь это еще до конца всех событий.

Но Тэмми надоело слушать людей, которые понятия не имели, что значит жертвовать собой, — таких, как Максимус, которые родились на вершине пищевой цепочки и всегда будут там оставаться. Даже сейчас, запертый в собственном доме, он был изолирован от внешнего мира, в безопасностиот василисков, которых он здесь пытал. Во всем этом не было справедливости.

Тэмми прошептала:

— Я изменю это.

Максимус не ответил.

Они сидели в тишине, пока охранник не вернулся, чтобы освободить ее. На лестнице было темно, Лео нигде не было видно.