Книга Меж двух королей, страница 56 – Линдси Штрауб

— Габриэль? — спросила она. — Что происходит?

Он сжал губы. Она знала — он помнил их обещание: никаких секретов.

— Сегодня должен быть протест, — наконец сказал он.

Протест. То самое, о чём говорил Лео за ужином. Тэмми не хотела верить. Она смотрела на мужчин у бара. Это были люди, которых она знала с детства. Мирные люди. Тэмми не могла представить их протестующими.

— Против чего? — спросила она, хотя уже знала ответ.

Он пожал плечами.

— Деньги. Еда. Люди голодают. Нечего есть. Даже на твоей ферме скоро яйца закончатся. Можешь мне поверить — я проверял.

— Ты… проверял?

Если он проверял ферму её родителей — значит, страдал и он. Значит, её лучший друг тоже оказался в числе тех, кого задели её решения. Значит, она невольно нанесла ещё один удар по тому, кого любила.

— Я в порядке, Тэмми. Я работаю в замке — там дефицита нет. — Но в его голосе сквозила горечь.

— Что ты имеешь в виду?

Он снова пожал плечами, избегая её взгляда.

— Наша будущая королева питается хорошо.

Он сказал немного — но Тэмми сразу поняла, что он имеет в виду. Королевская семья не голодала и никогда не будет. Последствия её решений падали на плечи деревенских — тех, кто меньше всего этого заслуживал. Эвелин не чувствовала бы голода. Её живот не сводило бы судорогой. Тэмми вспомнила свой недавний ужин — жареная курица, золотой картофель, сочная зелень. Габриэль был прав: новая королева ела на убой.

— Что можно сделать? — прошептала Тэмми.

Габриэль снова пожал плечами, сделал глоток пива. Ответ был очевиден. Протест — единственный способ заставить себя услышать. Но любой протест был на шаг от насилия. И Лео сейчас был в опасности. Тэмми сама поставила его туда.

— Габриэль, — сказала она. — Это опасно. Тот, кто втянул тебя в это, не думает о твоём благе.

Он сузил глаза.

— Ясам втянул себя в это, Тэмми. Это мой выбор.

— Я знаю, но…

— И я втянул всех остальных.

Тэмми замерла, понимая смысл.

— Тыорганизовал это?

— Люди злятся, Тэмми. И я один из них.

Глаза Тэмми защипало. Всё шло ужасно неправильно. Отмена кровопускания должна была всё исправить. Должна была. Но всё стало только хуже.

— Я работаю в замке, Тэмми, — сказал Габриэль. — Я вижу это.

— Что именно ты видел?

Он скрестил руки, избегая её взгляда.

— Я вижу, как они едят. Как живут. Они всё ещё по горло в золоте, пока мы голодаем. — Пауза. — И я видел, как они освободили змей.

Сердце Тэмми ухнуло.

— Что ты имеешь в виду?

Теперь он взглянул прямо на неё.

— Ты знаешь.

И впервые в его голосе прозвучало обвинение.

Тэмми вспомнила их разговор. Рассказала ли она ему слишком много? Поймёт ли он теперь, что освобождение василисков — её просьба? Тогда Габриэль понял и принял её тайну. Но теперь? Теперь он протестовал против того, что она сама просила.

Она коснулась его лица.

— Мы обещали — никаких секретов. Помнишь?

Он вздохнул.

— Помню.

Она хотела продолжить, но крики у бара перебили их. Мужчины поднимались. Габриэль встал. Тэмми поднялась вместе с ним.

— Что ты делаешь?

— Пойду.

— Я с тобой.

— Тэмми, это небезопасно.

— Тогда и для тебя тоже.

— Просто иди домой. Прошу.

— Нет. Ты идёшь — и я иду. Конец разговора.

Он едва заметно улыбнулся.

— Сегодня ты упряма, дорогая.

— Я всегда упряма, — фыркнула Тэмми.

Он вздохнул, взял её под руку, и они пошли вместе.

Тэмми не знала, чего ждать. Мужчины кричали, хлопали друг друга по плечам. Женщин не было — их, вероятно, не пустили, как Габриэль пытался не пустить Тэмми. Все окна были тёмными — дети спали.