Книга Муж на девять месяцев, страница 42 – Бетти Алая

— Рад за тебя. Закончила? — раздраженно бросаю.

— Где ты эту блондинку откопал? Она же деревенщина! Ни вкуса, ни стиля! Как её фамилия?

— Не твоё дело, — теряю терпение, — не трогай Асю, иначе пожалеешь. Из вас двоих изменяла мне не она, а ты. Да и знаешь…

Беру бумаги, затем встаю, лезу в карман за ключами.

— У нас с тобой ничего бы не получилось.

— Твоя мама думает иначе! — Лина бежит за мной. — Мы уже свадьбу распланировали! Я платье заказала и торт!

— Вот и выходи за неё, — спокойно говорю.

В какой-то момент это начинает меня даже веселить. Жалко, что Лина не может найти в себе силы оставить меня в покое и жить дальше.

— Женя!

— У меня дела, Лина. Езжай домой, — закрываю дверь прямо перед её носом.

Слышу недовольное цоканье каблуков. Уходит. А я мгновенно забываю о ней.

Думаю о том, что Асе бы эта картина точно понравилась. Или она бы ударила меня по яйцам.

Улыбаюсь сам себе.

— Евгений Маратович? — Лена Гришина смотрит на меня с удивлением.

— О, я в твою палату попал? — смеюсь. — Даже не посмотрел. Как ты себя чувствуешь?

— Нормально.

— То обезболивающее, что я тебе прописал, работает?

— Да.

— Отлично. Давай-ка посмотрим кое-что…

Занявшись нашей самой сложной пациенткой, я отвлекаюсь от мыслей об Асе. Она коварно забралась туда и ножки свои стройныесвесила.

— Евгений Маратович, — хихикает Лена.

— М? — измеряю ей давление.

— Вы влюблены! — заявляет уверенно.

— Что? С чего ты взяла? — впервые за долгие годы я чувствую, как краснею.

— Весь светитесь! И витаете где-то.

— Ты не думай, я сконцентрирован. Но да, есть девушка одна.

— Это здорово! Вы раньше хмурым были. Угрюмым даже.

— Хм, я думал, что выглядел просто спокойным. Так, давление в норме. Продолжай пить то, что я тебе назначил. Окей? Уверен, через пару недель физиотерапии ты уже пойдешь своими ножками.

— Спасибо вам!

Прощаюсь с девушкой, направляюсь обратно в кабинет.

— Увидишь Лину, зови охрану, — говорю помощнице Насте.

— Да, босс!

— А сейчас меня не беспокой, я сегодня постараюсь уйти вовремя.

— К девушке? — хихикает.

— Моя личная жизнь стала предметом всеобщих обсуждений, — чешу подбородок, — это нехорошо.

— Вы самый завидный холостяк нашего холдинга. Уверена, этой ночью все незамужние девушки будут рыдать в подушку.

Закатываю глаза.

— Так, работать!

— Поняла!

Запираюсь в кабинете. Делаю пару кругов. Сажусь в кресло.

С трудом настраиваюсь на работу. Звонок за звонком, письмо за письмом, вхожу в колею.

Распределяю дела в порядке важности. Сегодня сделаю неотложные, затем поеду домой. Ведь меня теперь ждут.

Это придаёт мне сил. Расправляюсь с делами к семи. Собираю вещи в сумку, беру ключи от машины.

Телефон звонит. Беру трубку.

— Да?

— Евгений Маратович! — главная медсестра на грани истерики. — Лена Гришина…

— Что с ней?

— Она в реанимации!

— Как в реанимации? Днем же всё хорошо было, я её навещал три часа как…

— Ей стало плохо, мы думаем, что из-за обезболивающих.

Блядь!

— Я сейчас приду.

Отделение реанимации у нас в другом здании. Со всех ног бегу туда. Перед дверью уже толпится персонал. Ко мне подбегает начальница смены.

— Слава богу, вы здесь! У неё мощная интоксикация, отравление…

— Что она ела и пила после приёма лекарств?

Женщина чеканит слова, а я думаю. Судорожно соображаю.

— Дайте карту…

Беру, смотрю.

— После меня приходила ещё медсестра?