Книга Отцы подруг. Порок на троих, страница 23 – Бетти Алая

— А я… не знаю, что такое отношения. То, что было у меня с Олегом…

Ой! Испуганно таращусь на мужчин.

— Что за Олег? — рычит Федя. — Он обидел тебя?

— Не успел… — пищу.

— Ладно, давайте мы пока переварим эту ночь, — Глеб хлопает в ладоши, — а потом, через пару, дней всё обсудим. У меня много к тебе вопросов, Насть, скрывать не буду. И я хочу получить ответы. Только будь честной.

— Хорошо.

— Ты наелась? — мурчит Федя. — Еще принести чего?

— Я… не знаю… простите…

— Прекрати извиняться, детка, — смеется он, — говори, что хочешь, и мы сделаем. Как насчет искупаться?

— Я не против, — робко улыбаюсь.

— Но пока…

Он срывает с меня одеяло, жадно гуляет глазами по моему трясущемуся телу. Ну почему я такая?

— Иди-ка ко мне, малыш, — подминает меня под себя, начинает жарко целовать.

— Ааах! — позволяю себе обвить руками сильный торс.

Какой же Федя твёрдый! И эти татуировки… ммм…

Все татуированные от лукавого. Это метка сатаны. Проклятые особи.

Вспоминаю жесткие слова матери.

Ты оказалась не права, мама…

— Смелее, — шепчет Федя в перерывах между поцелуями, — хочешь трогать — трогай. Отпусти себя, дай волю желанию.Не бойся ничего.

— Трахать мы тебя сейчас не будем, — хмыкает Глеб.

— Не будете…

— Боимся причинить тебе боль, — нежно мурчит мужчина, затем накрывает ладонью мой живот, поглаживает.

Мне и правда больно. После лишения невинности всё так сильно саднит… интересно, это нормально?

Глеб опускается вниз, Федя ласкает мою грудь. Раздвигаю ноги.

Отпустить себя? Я попробую…

— МММ! — выгибаюсь до хруста в рёбрах, когда горячий язык Глеба ложится на пульсирующие складочки.

Он нежно гладит меня, целует там. Безо всякого презрения или брезгливости.

Мужикам нужно от тебя только одно, Настя. Не подпускай этих зверей и не позволь осквернить своё тело.

Она не права! Это не так!

Гоню прочь эти гадкие установки! Всё не так! Мир не такой. И Глеб с Федей тоже… полностью расслабляюсь в их руках и…

— АААХ! — перед глазами пляшут искры, трясет так, словно у меня судороги.

Сгустки удовольствия растекаются по телу. Боже… секс — это так хорошо! А оргазм — это самое яркое чувство на свете.

— Умница, — Федя нежно меня целует, — а сейчас нам пора купаться!

— Вот, держи, — Глеб достаёт из сумки новенький купальник.

— Мамочки! — вспыхиваю до кончиков ушей. — Это же… бикини.

— Именно, детка, — скалится Федя, затем облизывается, — надевай, хочу посмотреть на тебя в нём. По приезду купим тебе модный дорогой в крутом месте. А пока, что есть.

— А вы?

— У нас есть плавки, — мужчины синхронно стягивают штаны.

Их огромные члены стоят. Мощные… облизываю губы, не в силах оторвать взгляд от мужской красоты.

В детстве мне было запрещено смотреть девчачьи журналы и фанатеть от мальчиковых групп. А мужское тело я впервые увидела… даже вспоминать не хочу. Мерзко.

Но тела Глеба и Феди — это произведение искусства. Тугие мышцы, ровные кубики пресса. И члены… ох!

Кажется, я опять мокрая. Но после оргазма меня вновь одолевает неприятное чувство между ног. Лёгкая ноющая боль.

Так что быстро натягиваю купальник. Он же ничего не скрывает! Ох…

— Покрутись, — проводя рукой по члену, рычит Федя.

А во мне просыпается вторая сущность. Та, которая пряталась от религиозной матери-тирана и отчима-извращенца. И которая хранила мою сексуальность и рассудок в порядке.