Книга На седьмом небе, страница 120 – Лора Павлов

Я кивнул.

— Я облажался. Я должен был.

— Верно. А теперь должен ей это. Она лишена права выйти на работу, а у тебя оно есть, и она хочет, чтобы ты был там. Так что хватит ныть и двигайся.

Я мигом переоделся, схватил сумку и пошел за ним.

— Сегодня едешь со мной, — сказал он, открывая машину.

— Почему?

— Потому что все должны видеть, что мы едины. Пока решения нет — мы показываемся вместе. Если уволят мою дочь — мы оба можем уйти. Но уйдем вместе. И пусть это увидят Рэндалл, Себастьян, отдел кадров, твои товарищи. И главное — она. Она должна знать, что мы за нее горой. Это и есть семья, — сказал он, садясь за руль.

— Черт возьми, так и есть, тренер.

Мы приехали в тренировочный центр. Парни смотрели на нас с жалостью, и я понял — слухи уже облетели команду.

Тренер приподнял бровь: мол, знаешь, что делать.

— Ребята, в круг, — сказал я. — Спасибо за поддержку. Но сейчас тренировка. Так что соберитесь и работайте.

— Рэндалла тоже сегодня не видно, — заметил Левша. — Его тоже отстранили?

— Да. Подробностей сказать не могу, — ответил я без эмоций.

— Я возьму сегодняшнюю тренировку на себя, — сказал Левша, как капитан.

— Отлично. Вперед. — Мы двинулись в зал вместе с тренером.

— Молодец, — сказал он тихо. — Но лишние три мили все равно побежишь.

Я усмехнулся. Настроение было тяжелое, но я старался выполнить просьбу своей девочки.

Пару часов пролетели в тумане. Левша гонял нас по полной. Потом я отмотал свои три мили, как и велел тренер.

Никаких новостей так и не поступило. Все знали только то, что и Элоизы, и Рэндалла сегодня нет.

— Думаете, что-то решат сегодня? — спросил я у тренера, вытирая лицо полотенцем.

— Не знаю. Там все молчат.

Я кивнул, пошел в душ, быстро переоделся.

— Чедвик, — раздался знакомый голос, и я обернулся. В раздевалке стоял Вульф Уэйберн. В прошлом сезоне мы отлично ладили.

— Есть минутка поговорить?

— Конечно, — сказал я, глянув на Уэстона. Он кивнул: мол, все нормально.

Мы поехали в лифте вместе. Болтали о пустяках. Вульф не выдал, о чем речь.

И тут я понял: мне плевать, выкинут ли меня после этого сезона. Все, чтоимело значение — останется ли Элоиза. Если ее уберут — я уйду сразу, как закончится контракт.

Вульф бросил на меня взгляд и усмехнулся.

— Не напрягайся так. Мы не враги.

— Надеюсь.

— Да у тебя прямо крышу сносит от нее, — сказал он, хлопнув меня по плечу. — Я понимаю. Сам через это проходил.

Мы вошли в кабинет Себастьяна. Там сидели Скарлетт, тренер, сам Себастьян и жена Вульфа — Дилан.

Здесь был юрист. Значит, что-то серьезное.

Я сел рядом с тренером. Мы переглянулись: что бы ни случилось — мы держим одну линию.

— Спасибо, что пришли, — начал Себастьян. — Хочу извиниться за вчерашний спектакль. Это был не наш созыв. Его устроил Рэндалл. Я сам не знал, что будет, пока он не вошел. Он лишь сказал Скарлетт, что это срочно, но и она не знала подробностей.

Я кивнул.

— Мне показалось странным, что Элоизу затащили в кабинет и унизили на глазах у всех, тогда как меня никто даже не пригласил. Мы ведь виноваты в одном и том же.

— Последний раз, когда я проверяла, влюбляться не считается преступлением, — заметила Дилан, поднимая глаза от папки на коленях.

— Верно. Единственная ошибка в том, что вы не пришли с этим сами, — сказал Себастьян.

— Я не стану говорить за Элоизу, но и сама, окажись я на ее месте, не уверена, что решилась бы сразу рассказать, — сказала Дилан.